Страница 28 из 30

погрифа Гарри. — Вперед, мы хотим тебе помочь… Только тихо…
   — «…что и засвидетельствовано ниже означенными…» Хагрид, распишешься вот тут…
   Гарри всей тяжестью повис на веревке, но гиппогриф словно врос лапами в землю.
   — Пора приступать, — раздался скрипучий голос старца. — Хагрид, вам лучше остаться здесь…
   — Нет, мне… это… надо быть… с ним. Не хочу, чтобы… ну, он был один…
   В хижине послышались шаги.
   — Клювик, ну иди! — отчаянно шептал Гарри, изо всех сил дергая веревку, привязанную к ошейнику гиппогрифа, и тот наконец стронулся с места, недовольно зашелестев крыльями. Однако их все еще было видно из дома, так как до спасительного леса оставалось метра три.
  

   — Еще одну минутку, прошу вас, Макнейр, — прозвучал голос Дамблдора. — Вам ведь тоже надо подписать.
   Шаги в хижине остановились. Гарри сильнее потянул веревку. Клювокрыл грозно щелкнул клювом и прибавил ходу.
   Из-за дерева выглянуло бледное лицо Гермионы.
   — Скорее, Гарри! — одними губами прошептала она.
   До Гарри все еще доносился голос Дамблдора, он что было мочи дернул веревку, и Клювокрыл неохотно перешел на рысь. Вот они уже поравнялись с первыми деревьями…
   — Быстрее, быстрее, — взмолилась Гермиона. Она выбежала навстречу, ухватилась за веревку и тоже налегла. Гарри оглянулся через плечо — огород Хагрида пропал из виду: значит, из хижины их уже не видно.
   — Стой! — шепотом приказал он. — Нас могут услышать…
   Задняя дверь хижины со стуком распахнулась. Гарри, Гермиона и Клювокрыл замерли в безмолвии — даже гиппогриф, казалось, напряженно прислушивается.
   Тишину взорвал визгливый фальцет дряхлого члена Комиссии.
   — Где он? Где чудовище?
   — Он был привязан здесь! — с бешенством заорал палач Макнейр. — Я же только что его видел! На этом самом месте!
   — Невероятно! — воскликнул Дамблдор, явно изумленный. В его голосе слышались нотки веселого изумления.
   — Клювик! — прохрипел Хагрид.
   Раздался свист и удар топора — похоже, палач в ярости рубанул по изгороди. Тут же грянул вопль, перешедший в рыдание.
   — Убежал! Убежал! — вопил Хагрид. — Клювик мой, хороший, умный мальчик!
   Клювокрыл рванул веревку, устремясь назад, к Хагриду. Гарри с Гермионой еле удерживали его, вцепившись мертвой хваткой и зарываясь каблуками в рыхлую лесную почву.
   — Кто-то отвязал его! — рычал палач. — Надо обыскать лес и территорию замка…
   — Макнейр, если Клювокрыла и в самом деле похитили, то неужели вы и впрямь полагаете, что похититель поведет его пешим ходом? — В тоне Дамблдора явно звучала насмешка. — Обыскивайте небеса, если на то пошло… Хагрид, я бы не отказался от чашки чая. Или чего покрепче…
   — Ну-да, профессор. — Хагрид был сам не свой от счастья. — Заходите, заходите…
   Гарри и Гермиона внимательно слушали. Они различили шаги, тихую ругань палача, стук закрывшейся двери и вновь наступившую тишину.
   — Теперь что? — прошептал Гарри, осматриваясь.
   Гермиона еще не пришла в себя от потрясения.
   — Останемся пока здесь… Подождем, когда они вернутся в замок. Улучим момент и подлетим на Клювокрыле к окну за Сириусом… Его там не будет еще часа два… Ох, как всеэто сложно…
   Она с тревогой оглянулась на лесную чащу. Солнце садилось. Гарри в задумчивости почесал бровь.
   — Придется сменить место, чтобы видеть Гремучую иву. Иначе не будем знать, что происходит.
   — Ладно. — Гермиона еще крепче сжала веревку Клювокрыла. — Но помни: нас никто не должен увидеть.
   Пошли вдоль опушки леса. Наконец нашли удобное местечко в лесной чаще, откуда была хорошо видна Ива. Быстро смеркалось.
  

   — Это Рон! — охнула Гермиона.
   По лугу неслась темная фигура, и в дремлющем ночном воздухе далеко разносились крики:
   — Живоглот, пшел отсюда! Короста, ко мне!
   Откуда ни возьмись, появились еще двое. Гарри видел себя и Гермиону, мчащихся вслед за Роном.
   — Коросточка! Брысь, чертов кот!
   У Гарри сжалось сердце:
   — Сириус!
   Возле Ивы возник силуэт гигантского пса; на глазах друзей он сбил с ног Гарри, потом схватил Рона…
   — Отсюда выглядит еще страшнее! — сказал Гарри, глядя, как пес втаскивает Рона в дыру между корней. — Нет, ты гляди! Ива ударила меня… теперь тебя… Вот это да!
   Гремучая ива скрипела и хлестала нижними ветвями. Гарри с Гермионой наблюдали, как они бегают вокруг, пытаясь подобраться к корням. Дерево вдруг замерло.
   — Это Глотик нажал на сучок, — сказала Гермиона.
   — Мы наконец у спуска в туннель, — комментировал Гарри. — Все, мы внутри.
   Не успели они скрыться, Ива ожила. Еще секунда-другая и совсем близко послышались шаги: Дамблдор, Макнейр, Фадж и почтенный представитель Комиссии возвращались обратно в замок.
   — Сразу же после того, как мы спустились в туннель! — воскликнула Гермиона. — Если бы Дамблдор мог пойти с нами…
   — Макнейр и Фадж тоже бы за ним полезли, — мрачно отозвался Гарри. — Спорим на что угодно, Фадж приказал бы Макнейру убить Сириуса на месте…
   Четверо мужчин поднялись в замок по парадной лестнице. Несколько минут сцена пустовала. И вот…
   — Смотри, идет Люпин! — объявил Гарри: кто-то сбежал по каменным ступеням и со всех ног припустил к Иве. Гарри взглянул на небо — луна полностью скрылась за облаками.
   Люпин поднял с земли сломанную ветку и ткнул ею в сучок на стволе. Дерево утихло, и Люпин тоже исчез в туннеле.
   Гарри покачал головой:
   — Как жаль, что он не захватил мантию… Она ведь как раз там лежит на земле… — Он обернулся к Гермионе: — Давай я сейчас выскочу и подберу ее, тогда она не попадет Снеггу в руки и…
   — Гарри, нас никто не должен видеть!
   — И ты можешь такое вынести? — рассердился Гарри. — Просто сидеть и смотреть на этот ужас. Я все-таки сбегаю за мантией.
   — Гарри, нет!
   Гермиона вцепилась сзади в его мантию — и вовремя. Над лугом разнеслось громовое пение. Это был Хагрид. Он брел наверх, к замку, покачиваясь и горланя на пределе своей могучей глотки, размахивая в такт здоровенной бутылью.
   — Видишь? — укорила Гарри Гермиона. — Видишь, что могло случиться? Нам никому нельзя показываться на глаза! Да стой же ты, Клювокрыл!
   Гиппогриф вновь неистово рвался к Хагриду, Гарри вместе с Гермионой еле удерживали его. Развеселый Хагрид на нетвердых ногах поднялся в замок и исчез за дверями. Клювокрыл перестал вырываться, и голова его печально поникла.
   Не прошло и двух минут, как двери замка вновь распахнулись, и на лестницу выскочил Снегг и бросился к Иве. У Гарри сжались кулаки. Возле дерева Снегг замедлил шаг и огляделся по сторонам. Увидел мантию-невидимку и поднял ее с земли.
   — Убери от нее свои грязные руки! — шепотом прорычал Гарри.
   — Ш-ш-ш!
   Снегг взял ту же самую ветку, что и Люпин, дотянулся до сучка на стволе и, закутавшись в мантию, нырнул в дыру между корнями.
   — Ну вот, — удовлетворенно заметила Гермиона. — Теперь мы все там. Остается только ждать, пока мы снова появимся…
   Она крепко привязала Клювокрыла к дереву, села на землю, выбрав место посуше, и обняла колени руками.
   — Я, знаешь, чего не могу понять… Почему дементоры не забрали Сириуса? Помню, как они подошли, их было так много. И тут, по-моему, я отключилась.
   Гарри тоже сел. И рассказал то, что видел: едва дементор приблизил к нему рот, что-то большое, серебряное примчалось галопом по озеру, и дементоры отступили.
   Гермиона слушала Гарри, в изумлении приоткрыв рот.
   — Но что это было?
   — Это могло быть только одно… Отогнать дементоров под силу только настоящему Патронусу.
   — Но кто его создал?
   Гарри ничего не ответил. Он воскрешал в памяти того, кто появился на другом берегу озера. У него была мысль, кто это. Но нет, такое просто невозможно!
   — На кого он похож? — настаивала Гермиона. — Кто-то из преподавателей?
   — Нет, — ответил Гарри, — не преподаватель.
   — Но это был очень сильный волшебник — он один отогнал всех дементоров… Ты говоришь, Патронус был очень яркий. Он его осветил? Неужели ты не разглядел его?
   — Разглядел… — медленно проговорил Гарри. — Но… может, я только это вообразил… Я ведь тут же потерял сознание…
   — Так кто это, по-твоему, был?
   — Кто?.. — Гарри сглотнул, отдавая себе отчет, как странно прозвучит его ответ. — Я думаю, это был мой отец.
   Гермиона вытаращила глаза, в них Гарри прочитал тревогу и сострадание.
   — Но, Гарри, твой отец… он ведь умер, — тихо произнесла она.
   — Знаю.
   — Ты думаешь, что видел его призрак?
   — Нет… Он был как живой, из плоти.
   — Но тогда…
   — Наверное, галлюцинация. — Гарри потер лоб. — Но, судя по фотографиям, точь-в-точь он…
   Гермиону явно обеспокоило его душевное состояние.
   — Понимаю, ты думаешь, это временное помешательство. — Гарри отвернулся, как будто хотел взглянуть на Клювокрыла, который клювом копался в земле, наверное, искал червей. Но Гарри даже не видел его.
   Он думал об отце и трех его старинных друзьях… Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост… Неужели здесь были этой ночью все четверо? Все считали, что Хвост давно погиб, а онобъявился сегодня вечером. Может, и отец жив? Или это была галлюцинация? Человек был на той стороне озера, довольно далеко и все же целый миг Гарри был уверен…
   Над головой ветерок чуть слышно шелестел листьями, луна то появлялась, то скрывалась за облаками; Гермиона сидела молча, повернувшись лицом к Иве.
   Наконец, по прошествии часа…
   — Вот и мы! — прошептала Гермиона.
   Оба вскочили на ноги, Клювокрыл поднял от земли голову. Люпин, Рон и Петтигрю неуклюже выкарабкались из дыры между корнями. За ними Гермиона, следом выплыл, странно колыхаясь, бесчувственный Снегг, последними вылезли Гарри и Блэк. Вся компания двинулась вверх по склону к замку.
   У Гарри заколотилось сердце. Он посмотрел на небо — в любую минуту облака могли разойтись и окрестности зальет лунный свет.
   — Гарри, — предупредила Гермиона, словно угадав его мысли. — Оставайся на месте, не то нас увидят… Мы все равно ничего не можем сделать.
   — Пусть, значит, Петтигрю сбежит еще раз, — проворчал Гарри.
   — Как ты собираешься ловить в темноте крысу? — воззвала Гермиона к здравому смыслу. — Мы вернулись во времени, чтобы спасти Сириуса. И только за этим!
   — Ладно, ладно, хорошо…
   Выглянула луна. Далекие силуэты на лугу остановились, началось какое-то движение.
   — Это Люпин, — тихо сказала Гермиона. — Он превращается.
   Вдруг Гарри осенило.
   — Гермиона! Нам нельзя здесь оставаться! Надо немедленно уходить.
   — Говорю тебе: нельзя…
   — Да я о другом! Ведь Люпин побежит по лесу как раз там, где мы прячемся.
   Гермиона ахнула.
   — Скорее! — Она кинулась отвязывать Клювокрыла. — Скорее отсюда! Где лучше спрятаться? Дементоры появятся в любую минуту!
   — Обратно к Хагриду! Там сейчас никого!
   Бросились бежать со всех ног, Клювокрыл галопом следовал за ними. Позади раздался жуткий вой оборотня…
   Вот и хижина. Гарри затормозил перед самой дверью, рывком распахнул ее, Гермиона с Клювокрылом ворвались внутрь, он метнулся следом и с грохотом задвинул засов. Клык оглушительно залаял.
   — Тише, Клык, это мы, — успокоила его Гермиона и почесала пса за ухом. — Чудом спаслись!
   — И правда чудом.
   Он посмотрел в окно. Отсюда было труднее следить за происходящим. Зато Клювокрыл был вполне счастлив в доме Хагрида: улегся перед камином, с довольным видом сложил крылья и приготовился хорошенько вздремнуть.
   — Я, пожалуй, выйду, — предложил Гарри. — Отсюда ничего не увидишь. Мы можем упустить время.
   Гермиона взглянула на него с подозрением.
   — Да не собираюсь я ничего делать, — заверил ее Гарри. — Самое страшное сейчас — прозевать момент.
   — Ладно, иди. Я подожду тебя здесь с Клювокрылом… Но смотри, Гарри, будь осторожней. Рядом оборотень и дементоры…
   Снова оказавшись снаружи, Гарри осторожно пошел в обход хижины. Издалека донесся жалобный вой — это дементоры окружают Сириуса; они с Гермионой подбегут к нему с минуты на минуту…
   Гарри не сводил глаз с озера, сердце в грудной клетке выбивало барабанную дробь. Кто бы ни послал Патронуса, он может появиться в любое мгновение.
   Стоя у двери Хагрида, Гарри заколебался. Меня никто не должен видеть. Никто и не увидит. Он сам хочет увидеть… Чтобы точно знать… А вот и дементоры. Они тут и там возникали из мрака, скользя вдоль кромки воды в другую от Гарри сторону. Ему даже не придется к ним приближаться…
   И Гарри побежал. Он думал сейчас об отце, только о нем. Вдруг все-таки это отец. Сейчас он все выяснит.
   Озеро все ближе и ближе, вокруг ни души. На том берегу серебром замерцали слабые вспышки — его собственные попытки создать Патронуса. У самой воды рос куст, и Гарриспрятался за ним, глядя на все сквозь листья. Серебряное мерцание на берегу внезапно погасло. Страшное волнение охватило его: сию минуту… вот-вот…
   — Ну, папа, давай! — шептал он, озираясь кругом. — Где ты? Появись!
   Никого. Гарри вгляделся в кольцо дементоров. Один из них откинул капюшон. Сейчас явится спаситель… но помощи в этот раз не было. И тут его озарило. Он не отца видел — он видел самого себя. Гарри выскочил из-за куста и достал волшебную палочку.
   — Экспекто патронум! — крикнул он.
  

   И тогда из палочки вырвалось не бесформенное туманное облако, но сверкающий серебром зверь. Гарри прищурился, стараясь разглядеть, что это. Животное напоминало лошадь. Оно галопом понеслось прямо по черной глади озера, нагнув голову, бросилось на дементоров и замелькало среди темных фигур. Дементоры отступили, начали отходить назад, во тьму… и наконец их не стало.
   Патронус повернул. Помчался по недвижной поверхности воды назад, к Гарри. Это была не лошадь, не единорог. Это был олень. Он сиял так ярко, как луна в небе… Он возвращался к Гарри. У самого берега олень остановился. Его копыта не оставляли следов на мягкой земле. Он глядел на Гарри громадными серебряными глазами. Потом медленно наклонил увенчанную ветвистыми рогами голову. И Гарри догадался…
   — Сохатый… — прошептал он. Протянул дрожащие пальцы к сказочному созданию, но оно в мгновение ока исчезло.
   Гарри так и остался стоять с вытянутой рукой. Сердце неистово стучало. Сзади вдруг послышались шаги. Гарри обернулся — к нему спешила Гермиона, тащившая за собой Клювокрыла.
   — Что ты сделал? — яростно прошептала она. — Ты же сказал, что только покараулишь.
   — Я только что спас наши жизни, — ответил Гарри. — Иди сюда за этот куст… Я все тебе объясню.
   Гермиона слушала, и у нее в который раз открылся от изумления рот.
   — Кто-нибудь тебя видел?
   — Ну конечно, ты что, не поняла? Тогда я видел самого себя, но подумал, что это отец! Значит, все в порядке!
   — Гарри, не могу поверить. Ты создал Патронуса, который прогнал ВСЕХ дементоров! Это очень, очень мощная магия…
   — Я знал, что у меня получится. Потому что и тогда получилось. Теперь все ясно?
   — Не знаю… Гарри, ты только посмотри на Снегга…
   Гарри выглянул из-за куста. Снегг на том берегу пришел в себя. Соорудил волшебные носилки и уложил на них безвольные тела Гарри, Гермионы и Блэка. Четвертые носилки,на которых лежал Рон, уже парили неподалеку. Подняв перед собой волшебную палочку, Снегг двинул свою флотилию к замку.
   — Ладно, пусть. Время на исходе. — Гермиона взглянула на часы. — У нас всего сорок минут до того, как Дамблдор запрет дверь в больничное крыло. А нам надо спасти Сириуса и вернуться в палату, пока не заметили наше отсутствие…
   Они еще подождали, наблюдая, как плывущие облака отражаются в озере, и слушая шелест листвы. Клювокрыл, заскучав, опять занялся поисками червей.
   — Как, по-твоему, его уже отвели наверх? — Гарри тоже посмотрел на часы, перевел взгляд на замок и стал считать окна справа от Западной башни.
   — Посмотри-ка! — отвлекла его Гермиона. — Кто бы это мог быть? Он выходит из замка!
   Гарри вгляделся в темноту. Какой-то мужчина быстрым шагом шел через луг по направлению к одному из выходов. За поясом у него что-то блеснуло.
   — Макнейр! — сказал Гарри. — Пошел за дементорами. Пора, Гермиона…
   Гермиона положила руки на спину Клювокрылу, Гарри подсадил ее, затем ступил на нижнюю ветку ближайшего деревца и, вскочив на Клювокрыла, сел впереди Гермионы. Взяв свободный конец веревки, привязал его к ошейнику с другого бока. Получилось что-то вроде вожжей.
   — Готова? — тихо спросил он Гермиону. — Держись крепче.
   И Гарри каблуками толкнул Клювокрыла.
   Гиппогриф с места взмыл в темное небо. Чувствуя под собой мощные взмахи громадных крыльев, Гарри сжал коленями его бока. Гермиона, вцепившись в Гарри, испуганно шептала:
   — Ой, мне это не нравится. Совсем не нравится…
  

   Гарри направил Клювокрыла вперед, и вскоре они уже летели у верхних этажей замка. Гарри с силой потянул левый повод, и Клювокрыл повернул, а Гарри стал считать проносившиеся мимо окна.
   — Вот оно! — завопил он у одного окна и рывком натянул поводья.
   Клювокрыл резко сбавил скорость, и они остановились, если не считать, что их бросало вверх-вниз в такт взмахам крыльев, удерживающих гиппогрифа в воздухе.
   — Он здесь! — Гарри заметил в окне Сириуса.
   Когда крылья опустились, протянул руку и осторожно постучал в стекло. Блэк поднял глаза, и у него отпала челюсть. Беглец соскочил с кресла, бросился к окну, хотел открыть, но оно было заперто.
   — Отойдите назад! — махнула ему Гермиона и вынула волшебную палочку, другой рукой крепко держась за Гарри. — Алохомора!
   Окно со звоном открылось.
   — Но как?.. Как? — Блэк от изумления потерял голос, уставившись на гиппогрифа.
   — Скорее сюда, у нас совсем мало времени. — Гарри мертвой хваткой обхватил глянцевую шею Клювокрыла, удерживая его на уровне окна. — Тебе надо немедленно бежать отсюда. Дементоры уже на подходе, за ними пошел Макнейр.
   Взявшись за края рамы, Блэк высунул наружу голову и плечи — к счастью, он был очень худ — и через несколько секунд он уже сидел на спине гиппогрифа позади Гермионы.
   — Отлично… Клювокрыл, а теперь скорее на верх башни! — скомандовал Гарри, дернув веревку.
   Один взмах могучих крыльев — и они снова летят ввысь, на самую верхушку Западной башни. Цокнув когтями, Клювокрыл приземлился на площадке, окруженной зубчатой стеной. Гарри с Гермионой тотчас соскочили с него.
   — Сириус, немедленно улетай, — переводя дух, сказал Гарри. — Они вот-вот придут в кабинет Флитвика и увидят, что тебя нет.
   Клювокрыл скреб лапой, потряхивая остроклювой головой.
   — А что с другим мальчиком? Роном? — спросил Сириус.
   — С ним будет все нормально. Пока-то не очень, но мадам Помфри уверяет, что она его вылечит. Скорее лети, Блэк!
   Но Сириус все смотрел на Гарри.
   — Смогу ли я когда-нибудь отблагодарить вас?
   — Лети! — заорали одновременно Гарри и Гермиона.
   Блэк развернул Клювокрыла в небо.
   — Мы еще увидимся! Ты истинный сын своего отца, Гарри…
   Сириус сжал каблуками бока Клювокрыла. Исполинские крылья вновь развернулись, воздушная волна едва не сбила Гарри с Гермионой с ног, и гиппогриф взмыл в небо. Гарри долго провожал его взглядом. Огромная птица и ее наездник становились все меньше, меньше. Луна зашла за облако. И спасенные беглецы исчезли из виду.
   Глава 22
   СНОВА СОВИНАЯ ПОЧТА
   — Гарри! — Глядя на часы, Гермиона дернула его за рукав. — Ровно через десять минут Дамблдор запрет дверь. Нам нужно вернуться в больничное крыло, и чтобы нас никто не заметил.
   — Да-да, — кивнул Гарри, отрывая взгляд от неба. — Пошли…
   Они проскользнули в дверной проем и поспешили вниз по узкой винтовой лестнице. Дойдя до нижней ступеньки, друзья услышали голоса, Гарри и Гермиона прижались к стене и прислушались. Разговаривали, похоже, Фадж и Снегг, которые быстро шли по коридору у подножия лестницы.
   — …только надеюсь, что Дамблдор не создаст трудностей, — говорил Снегг. — Поцелуй будет произведен немедленно?
   — Сразу, как Макнейр вернется с дементорами. От этой истории с Блэком житья не стало. Жду не дождусь того часа, когда смогу сообщить в «Ежедневный Пророк», что преступник наконец пойман… Полагаю, Снегг, они захотят взять у вас интервью… Надеюсь, к юному Поттеру скоро вернется разум, и я уверен, он с удовольствием расскажет на страницах «Пророка» все подробности, как вы его спасли…
   Гарри стиснул зубы: он успел различить на лице Снегга самодовольную ухмылку. Шаги скоро стихли. Гарри и Гермиона выждали на всякий случ...