Страница 26 из 52

 дракониха не выдержала, расправила черные крылья размером с небольшой самолет. Гарри среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чем дело, куда делся враг, а он уж стремглав мчался вниз к гнезду яиц, незащищенному когтистыми лапами. Оторвав руку от «Молнии», схватил золотое яйцо и на огромной скорости взмыл вверх.
   Он пролетал над трибунами, держа в здоровой руке тяжелое яйцо. Казалось, кто-то включил звук. Впервые Гарри услышал шум зрителей. Они неистовствовали, как ирландские болельщики на Чемпионате мира.
   — Нет, вы только посмотрите! — кричал Бэгмен. — Самый юный чемпион быстрее всех завладел яйцом! У него есть все шансы на победу!
   Гарри увидел, как стражи драконов кинулись укрощать хвосторогу, а у входа в загон уже спешили к нему профессор Макгонагалл, профессор Грюм и Хагрид. Они махали, подзывая его к себе. Даже издалека видны их улыбки. Пролетая над трибунами, Гарри едва не оглох — ну и шум! Он плавно приземлился. Впервые за последние недели на сердце было легко. Гарри выдержал первый тур, выжил…
   Он соскочил с «Молнии».
   — Прекрасно, Поттер! — воскликнула профессор Макгонагалл. От нее это небывалая похвала. Дрожащей рукой она махнула на раненое плечо. — Пока судьи совещаются, идите к мадам Помфри… вон туда, она уже помогла Диггори.
   — Ты сладил, Гарри! — басил Хагрид. — Сладил! Да с кем! С самой хвосторогой, а ты слыхал слова Чарли, что она самый…
   — Спасибо, Хагрид! — громко крикнул Гарри. Не хватало еще, чтобы лесничий проговорится, что показал драконов.
   Профессор Грюм был тоже очень доволен, его волшебный глаз как волчок вращался в глазнице.
   — Просто и красиво, Поттер, — прохрипел он.
   — Поттер, идите в палатку первой помощи, — повторила профессор Макгонагалл.
   Так и не отдышавшись, Гарри вышел из загона. У входа в соседнюю палатку стояла разгневанная мадам Помфри.
   — Драконы! — возмущалась она, таща Гарри внутрь. Палатку разделили на два отсека. Сквозь занавески проглядывала тень Седрика. Он уже сидел, значит, ранение не опасно. Мадам Помфри осмотрела у Гарри плечо, все время причитая:
   — В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого еще приведут?! Тебе очень повезло, рана неглубокая. Сейчас я ее обработаю и буду лечить.
   Она промыла порез ваткой, смоченной в красной жидкости. Тампон дымил и обжигал. Но мадам Помфри направила палочку на плечо, и боль как рукой сняло.
   — Ну вот, минуту посиди спокойно, и можешь пойти узнать результат.
   Она вышла, и ее голос донесся из-за перегородки:
   — Диггори, как ты себя чувствуешь?
   Гарри надоело сидеть. В крови все еще кипел адреналин. Хотел посмотреть, что происходит снаружи, но не успел — в палатку ворвалась Гермиона, за ней по пятам Рон.
   — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово!
   Гарри посмотрел на Рона, который был очень бледен и таращился на Гарри, как на призрак.
   — Гарри, — на редкость серьезно сказал он, — кто бы ни положил твое имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить!
   Словно и не было этих последних недель. Как будто Гарри встретил Рона впервые после того, как его объявили чемпионом.
   — Додумался? — холодно ответил он. — Долго же до тебя доходило.
   Гермиона нервно переминалась, поглядывая то на одного, то на другого. Рон открыл рот, подыскивая слова. Гарри знал, что тот готов повиниться, но… разве это так важно?
   — Все в порядке, Рон, — опередил он друга. — Забудем, и все.
   — Нет, как я мог…
   — Забудем! — повторил Гарри.
   Рон нервно улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ.
   Гермиона расплакалась.
   — Чего ты плачешь? — удивился Гарри.
   — Какие же вы идиоты! — топнула она ногой, и слезы хлынули у нее из глаз. Обняла их, оттолкнула и убежала, давясь рыданиями.
   — Во дает… — покачал головой Рон. — Пошли, Гарри. Сейчас результат объявят.
   Еще час назад о таком счастье Гарри и мечтать не смел. Взяв золотое яйцо и «Молнию», он вышел из палатки. Рядом шагал Рон и быстро говорил:
   — Ты был самый лучший! Седрик применил заклятие трансфигурации и превратил камень в собаку. Хотел отвлечь на нее внимание дракона. Хорошая идея и почти сработала: яйцо-то он схватил, но дракон в последний момент предпочел собаке человека и обжег его. К счастью, Диггори успел увернуться. Эта Флер применила какие-то чары, сумела погрузить дракона в транс. Он оцепенел, но вдруг всхрапнул, и из пасти вырвалось пламя. Юбка Флер вспыхнула, но она залила огонь водой из волшебной палочки. Крам, не поверишь, ему даже в голову не пришло взлететь! Но, наверное, он второе место займет. Он каким-то заклятием засветил дракону прямо в глаз. Все было хорошо, только чудище заметалось от боли и передавило половину настоящих яиц. Краму из-за этого и снизили баллы.
   Рон перевел дыхание, а они подошли к краю загона. Хвосторогу уже увели, и Гарри только теперь увидел пятерых судей. Они восседали на противоположной стороне, на помосте, задрапированном золотой тканью.
   — Судьи оценивают чемпионов по десятибалльной шкале, — пояснил Рон.
   Гарри скосил глаза и увидел, как первая судья — мадам Максим — подняла в воздух палочку. Из нее выскочила длинная серебристая лента и нарисовала большую цифру восемь. Зрители зааплодировали.
   — Неплохо! — сказал Рон. — Думаю, она сняла два очка из-за царапины.
   Следующим был мистер Крауч. Он дал Гарри девять баллов.
   — Здорово! — воскликнул Рон, похлопав Гарри по спине.
   Дамблдор тоже очертил в воздухе девятку. Зрители ликовали еще пуще.
   Людо Бэгмен поставил все десять.
   — Десять? — не поверил Гарри. — Я же получил травму… К чему это он?
   — Не жалуйся, Гарри, — восторженно крикнул Рон.
   Каркаров был последним. Помедлив, он взмахнул палочкой, и серебристая лента приняла очертания цифры четыре.
   — Четверка?! — заорал Рон. — Гнусный судьишка! Краму все десять выставил!
   Но Гарри только махнул рукой. Да пусть Каркаров хоть ноль ставит. Возмущение Рона стоит сотни очков. Конечно, он ему этого не сказал, но покидал Гарри загон в отличном настроении. Не только Рон, все гриффиндорцы приветствовали его. Да что говорить! Почти вся школа рукоплескала Гарри не меньше, чем Седрику… А на слизеринцев плевать, что бы они теперь ни придумали, он выдержит.
   По дороге в школу их догнал Чарли Уизли.
   — Вы с Крамом заняли первое место, Гарри! — сказал он. — Я побежал, надо послать маме сову. Я поклялся ей подробно все описать — это было что-то невероятное! Да, меня просили тебе передать, чтобы ты вернулся на несколько минут. Бэгмен хочет поговорить с чемпионами.
   Рон обещал подождать, и Гарри вернулся в палатку. Теперь в ней витал дух гостеприимства. Гарри сравнил единоборство с хвосторогой и долгое мучительное ожидание перед этим. Ничего общего, последнее в тысячу раз хуже.
   Флер, Седрик и Крам вошли все вместе. У Седрика одна сторона лица была густо намазана оранжевой противоожоговой мазью.
   — Молодец, Гарри, — улыбнулся он.
   — И ты молодец, — улыбнулся Гарри в ответ.
   — Вы все молодцы! — ворвался в палатку Людо Бэгмен, на седьмом небе от счастья, как будто лично отнял у драконихи яйцо. — Я хочу вкратце изложить дальнейшие планы.До второго тура почти три месяца. Он состоится двадцать четвертого февраля в девять тридцать утра. Но за это время вам будет о чем подумать. Взгляните на золотые яйца, которые у вас в руках, видите, они открываются… вот петельки. Внутри яйца ключ ко второму заданию. Он поможет вам подготовиться. Все ясно? Уверены? Тогда отдыхайте!
   Гарри вышел из палатки. Рон его ждал, и друзья, болтая, зашагали к замку. Гарри хотелось подробнее узнать, как перехитрили драконов другие чемпионы. Купа деревьев, за которой Гарри впервые услышал драконий рык, осталась позади, и, откуда ни возьмись, выскочила ведьма в ядовито-зеленой мантии.
   Это была Рита Скитер. На друзей нацелилось Прытко Пишущее Перо.
   — Поздравляю, Гарри! — сияя, сказала она. — Гарри, всего два слова! Что ты чувствовал, оказавшись лицом к лицу с драконом? А результат ты считаешь справедливым?
   — Отвечу двумя словами, — жестко произнес Гарри. — До свидания!
   И он вместе с Роном зашагал в замок.
   Глава 21
   ФРОНТ ОСВОБОЖДЕНИЯ РАБСКОГО ТРУДА
   Вечером трое друзей отправились в совятник за Сычиком. Надо сообщить Сириусу, что Гарри справился с драконом. По пути он поведал Рону рассказ крестного о Каркарове. Рон был потрясен: директор Дурмстранга в прошлом Пожиратель смерти! Впрочем, этого стоило ожидать.
   — Как это мы сразу не заподозрили? — заговорил он, раскинув умом. — Все сходится! Помнишь, Малфой в поезде говорил, что его отец когда-то дружил с Каркаровым? Теперь ясно, где они познакомились. И наверное, это они ходили в масках на Кубке мира… Если это он подбросил твое имя в Кубок, он остался в дураках, верно? План-то его не удался, у тебя всего легкая царапина! Иди сюда, Сычик, я сам все сделаю.
   Сычик пришел в восторг от предложенной ему чести. С радостным уханьем он кружил вокруг Гарри. Рон его поймал, и Гарри привязал письмо к лапке.
   — Самое трудное позади, на других турах уж точно будет полегче, — говорил Рон, неся к окну Сычика. — Знаешь что? Думаю, тебе по силам выиграть Турнир. Серьезно, Гарри.
   Рон так говорит, чтобы загладить вину, но Гарри все равно приятно. А Гермиона прислонилась к стене и, сложив руки, хмуро посмотрела на Рона.
   — Впереди два тура. Если в первом были драконы, представляете, что будет дальше?
   — Оптимистка ты наша! — усмехнулся Рон. — Почти как профессор Трелони.
   Он выпустил Сычика в окно. Тот пикировал метра четыре, но справился и полетел. Ноша была нелегкая, столь длинных писем Гарри еще не писал. Он во всех подробностях рассказал про сражение с драконом, как вызвал метлу, увернулся от пламени, раздразнил хвосторогу и как завладел яйцом.
   Когда Сычика поглотила тьма, Рон сказал:
   — Ладно, потопали вниз. В твою честь, Гарри, устроили вечеринку. Фред с Джорджем натаскали из кухни уйму еды.
   Их появление гостиная встретила единодушным воплем приветствия. Столы, каминная полка, все, что можно, заставлено кувшинами с тыквенным соком, сливочным пивом, горами пирожных и другими лакомствами. Ли Джордан пускал влажные чудо-хлопушки доктора Фейерверкуса, и воздух заполнили разноцветные искры и звезды. Дин Томас, признанный художник, нарисовал несколько плакатов. На большинстве из них Гарри на «Молнии» кружится над хвосторогой. Еще на двух — Седрик, с головой, объятой пламенем.
  

   Как бывало раньше, друзья опять сидели вместе. Гарри взял себе еды: он порядком проголодался, ведь в последнее время кусок в горло не лез… Он не мог поверить в такоесчастье — Рон рядом, первый тур позади, а до второго еще целых три месяца!
   — Черт, тяжелое! — Ли Джордан взвесил на ладони золотое яйцо, оставленное Гарри на одном из столов. — Открой его, Гарри! Посмотрим-ка, что там внутри!
   — Гарри должен сам отгадать загадку золотого яйца, — тут же вмешалась Гермиона. — Согласно правилам Турнира…
   — И как пройти драконов я тоже должен был додуматься сам, — прошептал Гарри так, что никто кроме Гермионы его не услышал. Она виновато улыбнулась.
   — Открой, Гарри! — несколько человек поддержало Ли.
   Джордан протянул Гарри яйцо, тот запустил ногти в опоясывающую скорлупу бороздку и с усилием раскрыл.
   Яйцо было полое и совершенно пустое. Но комнату тут же прорезал жуткий, пронзительный вой. Гарри вспомнил — так играл на пиле оркестр привидений на юбилее Почти Безголового Ника.
   — Закрой! — зажал уши Фред. Гарри захлопнул.
   — Что это такое? — посмотрел на яйцо Симус Финниган. — Похоже на ведьму-банши. Может, тебе с одной из них предстоит сразиться?
   — Словно кого-то пытают! — пролепетал побледневший Невилл, опрокинув на пол сосиски. — Наверное, к тебе применят заклятие Круциатус!
   — Глупости, Невилл. Это противозаконно, — заявил Джордж. — Они не посмеют использовать Круциатус на чемпионах. Кажется, этот звук походил на пение Перси… Гарри, наверное тебе придется напасть на него пока он будет в душе.
   — Гермиона, не изволишь взять тартинку с джемом? — предложил Фред, протягивая тарелку.
   Гермиона поглядела на Фреда подозрительно.
   — Не бойся, — улыбнулся Фред. — Не колдовал я над ним. Вот сливочных помадок лучше остерегаться.
   А Невилл как раз отправил в рот помадку. Услышав слова Фреда, он поперхнулся и выплюнул нежное сладкое кушанье.
   — Шутка, не переживай, Невилл! — рассмеялся Фред.
   Гермиона взяла тартинку и спросила:
   — Фред, ты все это принес с кухни?
   — А то, — просиял Фред и тоненько пропищал, изображая домашнего эльфа. — «Сэр! У нас есть для вас все! Все, все, все!» Чертовски услужливы. Скажи я, что у меня живот от голода подвело, жареного бы гуся точно отвалили!
   — А как ты туда проник? — невинным голосом поинтересовалась Гермиона.
   — Проще простого. Там есть картина, корзинка с фруктами, за ней потайная дверь. Пощекочи грушу, та хихикнет, и… — Фред остановился и вопросительно посмотрел на Гермиону. — А чего это тебя так интересует?
   — Ничего, — быстро сказала Гермиона.
   — Собираешься организовать забастовку домашних эльфов? — хмыкнул Джордж. — Забросаешь их листовками и попытаешься поднять на восстание?
   Кое-кто хихикнул, Гермиона промолчала.
   — Пожалуйста, не читай домовикам лекции о пользе одежды и зарплаты! Не расстраивай их! — воззвал к ней Фред. — Собьешь с толку бедняг, и они перестанут готовить!
   Обстановку разрядил Невилл — превратился в здоровенного кенаря.
   — Прости меня, Невилл! — перекрывая всеобщий хохот, крикнул Фред. — Мы именно помадки заколдовали!
   Чары оказались мимолетные. Невилл недолго красовался в золотом оперении. Минута-другая, и он уже смеется вместе с другими.
   — Канареечные помадки! — торжественно объявил Фред. — Наше с Джорджем изобретение! Семь сиклей порция — налетай!
   Только в час ночи Гарри, Рон, Невилл, Симус и Дин отправились в спальню. Гарри поставил крошечную фигурку венгерской хвостороги на свою тумбочку. Дракончик зевнул, свернулся калачиком и закрыл глазки.
   А Хагрид знал, что говорит, подумал Гарри, задергивая полог. И вправду милое создание, даже очень…* * *
   Начало декабря принесло в Хогвартс ветер с мокрым снегом. Зимой по замку гуляют сквозняки, но в школе есть камины, толстые стены защищают от холода. А каково гостям из Дурмстранга? Их корабль качается на волнах, паруса рвутся в суровое небо, да и в карете Шармбатона, наверное, не слишком жарко. Хагрид, заметил Гарри, не оставляет коней мадам Максим без ячменного виски — конюшня постоянно источала винные пары. На уроке ухода за волшебными животными весь класс был слегка навеселе. Это мешало.Они все еще работали с соплохвостами, и ясная голова была им очень нужна.
  

   На ближайшем уроке Хагрид вывел их в огород к тыквенным грядкам. Было ветрено, все изрядно продрогли.
   — Не очень ясно, впадают ли они в спячку, — сказал он. — Поместим их вот в эти ящики и поглядим, берет их зимой дрема или не берет.
   Соплохвостов осталось всего десять: страсть убивать друг друга прогулками не отшибло. Длина их приблизилась к двум метрам. Толстая серая броня, мощные чешуйчатые лапы, огнедышащие сопла, жала и присоски — таких уродов Гарри никогда не видел. Хагрид принес ящики, выложенные пуховыми одеялами и подушками, и класс в унынии уставился на них.
   — Запустим их в ящики, — объяснял Хагрид. — Закроем крышками и глянем, что будет.
   Соплохвосты и не думали впадать в спячку. В уютные ящики их загнали силой, крышки прибили гвоздями. Такой заботы соплы не оценили. Разнесли ящики, выскочили и давай носиться по тыквенным грядкам, усеянным дымящимися обломками дощечек.
   — Не бойтесь! Не бойтесь! — кричал лесничий. Большинство учеников, возглавляемое Малфоем, Крэббом и Гойлом, спрятались в хижине Хагрида и забаррикадировали дверь. Гарри, Рон, Гермиона и еще человек пять поспешили на подмогу Хагриду. Ценой ран и ожогов скрутили девятерых соплохвостов. Остался один. Изогнув над головой подрагивающий хвост с соплом, он угрожающе надвигался на них. Гарри с Роном направили на него волшебные палочки.
   — Не пугайте его! Не пугайте! — молил Хагрид. — Накиньте на хвост веревку, не то он других зверушек поранит!
   Но Рон с Гарри, прижавшись к стене хижины, продолжали искрами отражать атаку соплохвоста.
   — Его напугаешь! — крикнул Рон.
   — Ну и ну! Смешной эту сцену не назовешь!
   За смертельным номером, опершись на изгородь, наблюдала вездесущая Рита Скитер. Сегодня на Рите был теплый малиновый плащ с воротником из лилового меха, крокодиловая сумочка, как всегда перекинута через плечо.
   Хагрид прыгнул вперед и прижал к земле нападающего соплохвоста. Из хвоста зверя вырвалась струя огня, испепелив растущие рядом тыквы.
   — Вы кто? — спросил Хагрид, набросив на хвост с соплом веревку и затянув петлю.
   — Рита Скитер. Репортер из «Пророка», — улыбнулась, сверкнув золотыми зубами, ведьма.
   — Так ведь Дамблдор сказал, что вам… э-э… запретили здесь появляться. — Хагрид нахмурился, спрыгнул со слегка помятого соплохвоста и потащил его к собратьям.
   Рита сделала вид, что не слышит.
   — Как называются эти восхитительные существа? — еще шире улыбнулась она.
   — Жгучие соплохвосты, — ответил Хагрид.
   — Неужели? — проявила живейший интерес Рита. — Никогда о них не слышала. Откуда они?
   Гарри заметил, как сквозь щетину лесника проступила краска. Действительно, где их раскопал Хагрид? Гермиона подумала о том же и быстро сказала:
   — Правда, они очень интересные, Гарри?
   — Что?! — удивился он. Гермиона наступила ему на ногу, Гарри все понял. — Да, да. Очень интересные.
   — Гарри! И ты здесь! — повернулась к нему Рита. — Тебе нравится уход за магическими существами? Это твой любимый предмет?
   — Да, — твердо произнес Гарри. Хагрид взглядом поблагодарил его.
   — Мило. Очень мило. Давно преподаете? — обратилась она к Хагриду.
   Рита окинула глазами Дина с исцарапанной щекой, Лаванду и ее прожженную мантию, Симуса, который дул на пальцы, и обратила взор к окну хижины. В хижину набился чуть ли не весь класс. Мальчишки прижались носом к стеклу, ожидая завершения битвы.
   — Второй год, — произнес Хагрид.
   — Мило… Думаю, вы не против интервью? Поделитесь опытом обращения с волшебными существами? Вы, наверное, знаете, в «Пророке» по средам выходит зоологическая колонка. Мы бы написали про этих… соплехвостов.
   — Соплохвостов! — горячо поправил Хагрид. — Да… почему бы и нет?
   Тяжелое предчувствие сжало сердце Гарри. Но как предупредить Хагрида втайне от Риты? Никак! Стой и смотри, как они договариваются о неторопливом обстоятельном интервью через неделю в «Трех метлах». В замке прозвенел звонок с урока, пора идти в Хогвартс.
   — Пока, Гарри! — жизнерадостно крикнула вслед Рита Скитер. — Хагрид, встречаемся в пятницу вечером!
   — Она все его слова переврет, — тяжело вздохнул Гарри.
   — Остается только надеяться, что он не ввез соплохвостов незаконно, — в отчаянии сказала Гермиона. Троица переглянулась: это было вполне в духе Хагрида.
   — Хагрид бывал и не в таких передрягах, Дамблдор никогда его не уволит, — успокоил друзей Рон. — Худшее, что случится — Хагрид расстанется с соплохвостами. Что я говорю! Худшее? Да это самое лучшее!
   Гарри с Гермионой рассмеялись, на душе стало легче, и друзья поспешили обедать.
   Зато на прорицаниях Гарри повеселился вовсю; они все еще чертили звездные карты и делали по ним предсказания. Но теперь друг опять рядом и все видится совсем в другом свете. До ссоры профессор Трелони была очень довольна ими — они так лихо предсказывали себе мучительную смерть. Сегодня же они то и дело прыскали, слушая о проделках Плутона, портящего людям жизнь. И витавшая в небесах профессор Трелони начала раздражаться.
   — Я думаю, — заговорила Трелони замогильным голосом, — кто-то вел бы себя не столь легкомысленно, если бы узрел то же, что я прошлой ночью в магическом кристалле. Вчера вечером я сидела, погруженная в рукоделие, как вдруг ощутила внезапный порыв. Я встала, села перед шаром и устремила взор в его кристальные глубины. И увидела, что кто-то на меня глядит. Как, по-вашему, кто?
   — Старая безобразная мышь в огромных очках? — прошептал Рон.
   Гарри изо всех сил пытался...