Страница 25 из 52

. И тут его осенило! Он остановился, вынул палочку и точно прицелился:
   — Диффиндо!
   Сумка Седрика лопнула. Из нее посыпались перья, учебники, пергамент, две чернильницы разбились вдребезги. Друзья кинулись ему на помощь.
   — Не беспокойтесь, идите на урок. Скажите Флитвику, что я немного опоздаю. — Седрик был явно расстроен.
   Именно на это Гарри и рассчитывал. Он спрятал палочку в мантию, подождал, пока приятели Седрика скроются в классе, и подошел к нему.
   — Привет. — Седрик поднял с пола залитый чернилами учебник «Продвинутый курс трансфигурации». — Сумка порвалась, а ведь совсем новая…
   — Седрик, в первом туре будут драконы, — быстро произнес Гарри.
   — Что? — чуть не подпрыгнул Седрик.
   — Драконы, — повторил Гарри и прибавил, боясь, что выйдет Флитвик узнать, что такое стряслось с Седриком. — Их четыре. По штуке на каждого. Нам надо будет пройти мимо них.
   Седрик взглянул на него. В серых глазах читался испуг, какой испытал Гарри субботней ночью.
   — Ты уверен? — прошептал Седрик.
   — Абсолютно. Сам видел.
   — Как ты узнал? Это ведь не положено.
   — Неважно. — Гарри не мог сказать правду. Не хотел Хагриду неприятностей. — Знаю не только я, но и Флер с Крамом.
   Седрик выпрямился, в руках чернильницы, перья, книги. Через плечо висит рваная сумка. Он удивленно, чуть не с подозрением глядел на Гарри.
   — Почему ты рассказал мне?
   Гарри недоуменно уставился на него. Такой вопрос никогда бы не пришел Седрику в голову, если бы он своими глазами увидел драконов. Внезапной встречи с такими чудищами Гарри не пожелал бы и заклятому врагу. Хотя, конечно, Малфою или Снеггу…
   — Но это же справедливо. Теперь мы все в равных условиях.
   Седрик все еще смотрел с легким подозрением. За спиной послышался знакомый стук деревяшки. Из соседнего класса вышел Грозный Глаз.
   — Идем со мной, Поттер, — прохрипел он. — А ты, Диггори, поспеши на урок.
   Гарри смотрел на Грюма с опаской. Неужели он все слышал?
   — Простите, профессор, я… э-э… иду на травологию.
   — Ничего страшного. Следуй за мной.
   Гарри повиновался. Что-то сейчас будет! Вдруг Грюм спросит, откуда ему известно про драконов? Скажет ли он Дамблдору про Хагрида? Или сразу же превратит его в хорька? «А что, хорьку легче проскользнуть мимо дракона, — тупо подумал Гарри. — Он маленький, с высоты пятнадцати метров не разглядишь».
   Вошли в кабинет. Грюм закрыл дверь и пристально посмотрел на него и волшебным и обычным глазом.
  

   — Благородный поступок, Гарри, — сказал он спокойно.
   Гарри не знал, что сказать, он ждал совсем других слов.
   — Садись, — пригласил Грюм.
   Гарри сел и осмотрелся. Он бывал здесь при двух прежних учителях. Во времена профессора Локонса на стенах висели его портреты, сияя улыбкой и подмигивая. Когда тут обитал Люпин, вы бы непременно увидели какую-то новую занятную нечисть, припасенную для урока. А сейчас комната полна самых странных предметов. Все это, наверное, инструменты мракоборцев.
   На столе стоял треснутый стеклянный волчок. Вредноскоп — сразу узнал Гарри, у него такой же, только гораздо меньше. В углу на небольшом столике золотой предмет, что-то вроде скрюченной телевизионной антенны, которая не переставая тихо гудела. На стене — зеркало не зеркало, комната в нем не отражалась, но по его поверхности двигались расплывчатые фигуры.
   — Нравятся мои распознаватели черной магии? — спросил Грюм.
   — А это что? — показал Гарри на скрюченную золотую антенну.
   — Детектор лжи. Начинает вибрировать, когда засечет ложь, тайный умысел. Здесь он не работает. Слишком много помех. Ученики то и дело говорят неправду, почему не сделали домашних уроков. С того дня, как я здесь, не умолкая гудит. А вредноскоп вообще пришлось отключить — свистит и свистит. Повышенная чувствительность, ловит опасность на расстоянии километра. И конечно, распознает не только детские шалости.
   — А зеркало для чего?
   — Это Проявитель Врагов. В нем сейчас затаились мои враги. Но пока вижу белки их глаз, беда не грозит. А как начнет грозить, тут-то я и открываю мой сундук.
   Издав короткий хриплый смешок, он указал на вместительный сундук под окном. На нем семь отверстий для ключа. Интересно, что в сундуке…
   — Так, значит, про драконов тебе известно? — Профессор вернул Гарри на землю.
   Именно этого вопроса Гарри боялся. Он ничего не сказал Седрику, и Грюму не собирается выдавать Хагрида.
   — Не волнуйся, Гарри. — Грюм сел, вытянул деревянную ногу с хриплым стоном. — Обман был всегда неотъемлемой частью Турнира Трех Волшебников.
   — Я никого не обманывал, — ощетинился Гарри. — Так получилось… случайно…
   Грюм усмехнулся.
   — Я не обвиняю тебя, малыш. Я с самого начала говорил Дамблдору, что он-то сам человек благородный, но мадам Максим и Каркарову палец в рот не клади. Они расскажут своим чемпионам все, что узнают. Они жаждут победы. Хотят Дамблдора обставить, посмеяться над его наивностью.
   Грюм опять усмехнулся с хрипотцой, магический глаз завращался так быстро, что у Гарри даже голова закружилась.
   — Так… так ты уже знаешь, как справишься со своим драконом?
   — Пока нет.
   — Я не намерен тебе помогать, — жестко произнес Грюм. — Любимчиков у меня нет. Просто могу дать несколько полезных советов. Первый: используй свои сильные стороны.
   — У меня нет никаких сильных сторон, — вырвалось у Гарри.
   — Извини, — прохрипел Грюм, — они у тебя есть. Раз говорю — есть, значит, есть. Ну-ка подумай! Что тебе лучше всего дается?
   Гарри задумался. Лучше всего? Ну, конечно…
   — Квиддич, — выпалил он. — Очень полезное умение…
   — Верно. — Грюм буравил его волшебным глазом, который почти остановился. — Ты, я слыхал, потрясающе летаешь…
   — Да, но… — Гарри смотрел на Грюма, вытаращив глаза, — метлу-то нельзя захватить. Только волшебную палочку…
   — Второй самый общий совет, — перебил Грюм. — Используй доброе, простое заклинание и получишь то, что необходимо.
   Гарри недоуменно глядел на Грюма. Что необходимо?
   — Думай, мальчик, — прошептал Грюм. — Сложи два совета вместе. Не так уж это и трудно.
   И Гарри осенило. Он прекрасно летает, для этого необходима метла. А чтобы заполучить метлу, нужно…
   Спустя десять минут Гарри вбежал в оранжерею № 3, второпях извинился перед профессором Стебль и подошел к Гермионе.
   — Гермиона, мне нужна твоя помощь.
   Гермиона обрезала верхушку дрожащей трясучки.
   — А чем я все время занимаюсь, интересно? — прошептала она, с беспокойством глядя на Гарри.
   — Гермиона, мне необходимо завтра к вечеру овладеть Манящими чарами.
   И они приступили к тренировкам. Обедать не стали. Нашли пустой класс, где Гарри изо всех сил старался заставить лететь к нему через комнату различные предметы. Книги с перьями не подчинялись и на полпути падали на каменный пол…
   — Сосредоточься, Гарри, сосредоточься…
   — Только это и пытаюсь! — сердился Гарри. — Но почему-то у меня из головы не лезет чертов дракон! Ладно, давай еще раз.
   Он хотел сбежать с прорицания, но Гермиона ни в какую не согласилась пропускать нумерологию, и тренировки не получилось. Пришлось целый час терпеть профессора Трелони, которая пол-урока твердила о расположении Марса по отношению к Сатурну. Это означало, что людей, рожденных в июле, ждет ужасная, внезапная смерть.
   — Смерть, ну и пусть! — не сдержался Гарри. — Только быстрая! Не хочу мучиться.
   Рон, казалось, вот-вот прыснет от смеха. Впервые за последнее время он посмотрел прямо в глаза Гарри, но тот был так зол, что не глянул в ответ. Остаток урока Гарри пробовал палочкой притягивать под столом предметы. Опыт удался только с мухой. А может, она просто сама прилетела, и его заслуги тут нет?
   После обеда Гарри с Гермионой опять пошли в пустой класс и, чтобы не столкнуться с учителями, надели мантию-невидимку. Тренировались до полуночи. Позанимались бы и подольше, но появился Пивз. Подумал, что Гарри нравится, когда в него бросают вещи, и начал швыряться стульями. Пока шум не привлек Филча, друзья покинули класс и пошли в гриффиндорскую гостиную. Сейчас там никого не было.
   В два часа ночи Гарри стоял, окруженный горой предметов — книгами, перьями, перевернутыми креслами, набором Плюй-камней и жабой Невилла, Тревором. Только в последний час он освоил Манящие чары.
   — Отлично, Гарри. Молодец, — похвалила усталая, но довольная Гермиона.
   — Теперь ясно, что делать, когда я не могу овладеть каким-то заклинанием. — С этими словами Гарри кинул Гермионе словарь рун, чтобы повторить упражнение. — Напугать меня драконом. Ну…
   Он поднял палочку еще раз:
   — Акцио словарь!
   Тяжелая книга выпорхнула из руки Гермионы, пролетела через комнату, и Гарри схватил ее.
   — Гарри, ты и вправду научился! — Гермиона была в восторге.
   — Лишь бы завтра сработало, — сказал Гарри. — «Молния» полетит с более дальнего расстояния, чем эти штуки, она в замке, а я буду на улице.
   — Неважно, — твердо произнесла Гермиона. — Просто как следует сосредоточься, и все у тебя получится. Нам уже спать пора. Завтра рано вставать.* * *
   Гарри накануне так старательно тренировал чары, что к вечеру страх немного отступил. Зато утром вернулся сполна. Вся школа гудела и волновалась. Уроки закончились в полдень, чтобы все могли, не торопясь, дойти до загона. Что они там увидят, они, конечно, еще не знали.
   Гарри чувствовал странную отстраненность. Ни на доброе слово, ни на насмешки («Поттер, захвати с собой пачку бумажных платков!») внимания не обращал. Не до того. Нервное напряжение было так сильно, что ему казалось, что он может потерять голову, когда его выведут к дракону, и он станет насылать заклятия на всех подряд.
   Время как с ума сошло, мчалось семимильными шагами. Только что сидел на первом уроке — истории магии, а уже обед… Утро, куда делось утро? До встречи с драконом остался всего час…
   Профессор Макгонагалл быстрым шагом подошла к нему. Все, кто был в Большом зале, смотрели на них.
   — Поттер, чемпионы уже ушли. Пора готовиться к первому туру.
   — Иду. — Гарри поднялся — вилка со звоном упала на тарелку.
   — Удачи тебе, Гарри! — шепнула Гермиона.
   — Угу, — буркнул он, не узнав собственный голос.
   Вместе с профессором Макгонагалл покинули зал. Ей тоже было не по себе. Лицо встревоженное, как у Гермионы. Сошли по каменным ступеням, вышли в холодный ноябрьский полдень, Макгонагалл опустила руку ему на плечо.
   — Не бойся, — сказала она. — Держись молодцом. На случай осложнений дежурят волшебники… Главное, сделай все, что можешь, плохого о тебе не подумают… Ты как, в порядке?
   — Да, конечно.
   Пошли к драконам опушкой леса. У купы деревьев, за которыми находился загон, поставили палатку, загородившую монстров. Остановились у входа.
   — Войдешь сюда к другим чемпионам, — явно дрожащим голосом сказала профессор Макгонагалл. — Будешь ждать своей очереди. Там мистер Бэгмен. Он объяснит вам, что делать… Счастливо тебе.
   — Спасибо, — безучастно произнес Гарри. Профессор удалилась, и Гарри вошел внутрь.
   В углу на низком деревянном стуле сидела Флер Делакур. Бледная, на лбу капельки пота. Куда делся обычный самоуверенный вид! Виктор Крам еще сильнее хмурится — похоже, нервничает. Седрик ходит из угла в угол. Увидев Гарри, слегка улыбнулся, Гарри ответил тем же, с трудом двигая мышцами лица, которые точно одеревенели.
   — Привет, Гарри! — радостно воскликнул Бэгмен. — Входи, входи! Чувствуй себя как дома!
   Бэгмен был одет в старую мантию с черно-желтыми, как у осы, полосками. Толстый, веселый, он выглядел карикатурой в окружении бледных, напряженных чемпионов.
   — Итак, все в сборе. И я сейчас сообщу вам, что делать! — бодро заявил Бэгмен. — Когда зрители соберутся, я открою вот эту сумку. — Он поднял небольшой мешочек из красного шелка и потряс им. — В ней копии тех, с кем вам предстоит сразиться. Все они разные. Каждый по очереди опустит руку и достанет, кого ему послала судьба. Ваша задача — завладеть золотым яйцом.
   Гарри огляделся. Седрик кивнул, дав понять, что понял, о чем речь, и вновь принялся ходить по палатке. Флер и Крам не шевельнулись. Может, в обморок боятся упасть? Гарри был близок к этому. Но в отличие от него они-то здесь по собственной воле…
   Очень скоро послышался топот множества ног. Зрители шли, шутя, смеясь, возбужденно переговариваясь… Они казались Гарри гостями с другой планеты. Тем временем Бэгмен развязывал шелковый мешочек.
   — Леди, прошу вас, — объявил он, предлагая мешочек Флер.
   Она опустила внутрь руку и вынула крошечную модель валлийского зеленого с биркой номер два на шее. Флер не выказала ни малейшего удивления, скорее обреченную решительность. Да, Гарри был прав: мадам Максим ей все про драконов рассказала.
   Вторым выбирал Крам. Ему выпал китайский огненный шар с номером три. Крам не моргнул и глазом, просто смотрел под ноги.
   Седрик вытащил сине-серого шведского тупорылого под номером один. И Гарри понял, что его ожидает. Он сунул руку в мешочек — венгерская хвосторога, номер четыре. Гарри взглянул на дракониху — та растопырила крылья и оскалила крошечные клыки.
  

   — Ну вот! — сказал Бэгмен. — С этими драконами вам предстоит встретиться. На шее у дракона номер очереди. Все ясно? Тогда вынужден вас оставить, я сегодня еще и комментатор. Мистер Диггори, по свистку первый войдете в загон, ясно? Гарри, можно тебя на два слова?
   — Э-э… — протянул Гарри и вышел из палатки вслед за Бэгменом.
   Тот отошел за деревья и обратился к нему с отеческой заботой в голосе:
   — Как ты, Гарри? Могу я чем-то тебе помочь?
   — Что? — не сразу понял Гарри. — Нет. Ничем.
   — У тебя есть план действий? — Бэгмен заговорщически понизил голос. — Я хотел бы подкинуть тебе пару советов. — Бэгмен понизил голос почти до шепота. — Ты младше всех, Гарри, я бы помог тебе, если, конечно…
   — Ни в коем случае, — перебил Гарри и, чтобы смягчить свою грубость, добавил: — Благодарю, я уже знаю, что делать.
   — Никто не узнает, Гарри, — подмигнул Бэгмен.
   — Нет. Я чувствую себя прекрасно, — ответил Гарри, а про себя подумал: «Ничего себе прекрасно, хуже не бывает». — У меня есть план действий.
   Прозвучал свисток.
   — Боже! Мне пора бежать! — спохватился Бэгмен и поспешил прочь.
   Гарри вернулся в палатку, ему навстречу вышел еще сильнее побледневший Седрик. Гарри хотел пожелать ему удачи, но лишь прохрипел что-то невразумительное.
   Гарри, Флер и Крам услышали, как снаружи взревели зрители. Значит, Седрик уже в загоне лицом к лицу с живой копией своего дракончика.
   Это еще хуже, чем Гарри представлял, — сиди вот так и слушай. Каждую попытку Седрика подойти к шведскому тупорылому зрители встречали воем, криками и улюлюканьем. Крам по-прежнему сидел, глядя в пол. Флер, как ранее Седрик, расхаживала по палатке. А от комментариев Бэгмена недолго и с ума сойти.
   — Ну! Еще чуть-чуть… мимо!!! Он идет на риск! Давай же!!! Эх! Умный ход — жаль, не сработал!
   Спустя пятнадцать минут оглушительный рев возвестил, что Седрик перехитрил дракона и схватил золотое яйцо.
   — Превосходно! — кричал Бэгмен. — Молодец! А сейчас оценки судей!
   Но результат не назвал. Наверное, судьи показали оценки только трибунам. Вновь раздался свисток.
   — Осталось трое! — провозгласил Бэгмен. — Мисс Делакур, прошу!
   Флер дрожала с головы до ног, у Гарри даже шевельнулось внутри сострадание. Она покинула палатку с высоко поднятой головой, сжимая в руке палочку. Гарри и Крам остались вдвоем, сидели в разных углах, избегая взгляда друг друга.
   Все началось сначала.
   — Не уверен, что это мудрая тактика! — доносился веселый комментарий Бэгмена. — Близко!!! Совсем близко!!! Ну, как так можно?! Внимательней надо! Черт!!! Думал, сейчассхватит!
   Десять минут, и опять взрыв аплодисментов. Значит, Флер тоже справилась. Показывают оценки, тишина… очередная овация… и третий свисток.
   — Мистер Крам, ваш выход! — объявил Бэгмен.
   Крам, ссутулясь, вышел, и Гарри остался один. Никогда он не был в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха, и как будто никакой палатки нет — видит и зрителей, и единоборство с драконом…
  

   — Вот это дерзость!!! Здорово!!! — кричал Бэгмен. Крики его заглушил жуткий рык китайского огненного шара, трибуны стихли. — Ну и нервы! Не человек, а кремень! Да!!! Он схватил яйцо!!!
   Аплодисменты сотрясли морозный воздух, как будто разбилось огромное зеркало. Крам завершил раунд, настала очередь Гарри.
   Гарри поднялся на ватных ногах, смутно осознавая происходящее. Он ждал. Вот и свисток. Гарри вышел из палатки, чувствуя, как страх накалился в нем добела. Он брел мимо деревьев, брел, брел и, наконец, загон.
   Все предстало перед ним как в цветном сне. В последние дни с помощью волшебства воздвигли трибуны. С них на Гарри смотрели сотни лиц. В другом конце загона, как огромная курица на яйцах, восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый ящер, весь в шипах, бьет по промерзлой земле рогатым хвостом, оставляя глубокие, метровой длины следы. Зрители шумят невообразимо. Болеют они за него или нет? Какая разница! Пришла пора действовать… Надо предельно сосредоточиться… Это единственное спасение…
  

   Он поднял палочку и крикнул:
   — Акцио «Молния»!
   И стал ждать. Всеми фибрами души надеясь, боясь… вдруг чары не сработают… вдруг она не явится… Казалось, Гарри смотрит на все сквозь мерцающее летнее марево. И загон, и люди вокруг колыхались, странно плыли…
   Сработало! Он слышит, как мчит к нему его «Молния», со свистом рассекая воздух. Летит вдоль опушки, уже в загоне, зависла позади него, ожидая наездника. Зрители зашумели сильней… Бэгмен что-то крикнул, но Гарри уже ничего не слышит… да и зачем!
   Перекинул ногу через метлу, взлетел. И тут произошло чудо.
   Когда он взмыл вверх, когда волосы начали развеваться на ветру, когда лица зрителей стали как булавочные головки, а хвосторога — не больше собаки, Гарри понял: внизу осталась не только земля, но и страх… Он снова в своей стихии.
   Просто еще один матч по квиддичу! Матч с очередным соперником — хвосторогой. Да, противник ужасен, но он ему по зубам.
   Гарри глянул на кладку яиц, вон оно, золотое, блестит на фоне серых. Сохранности ради, все лежат между передних лап драконихи.
   — Отлично, — скомандовал себе Гарри. — Тактика отвлечения… Вперед!
   Спикировал. Голова хвостороги за ним. Гарри это предвидел и вовремя вышел из пике — там, где он был секунду назад, хлестнула огненная струя. Не привыкать, от бладжера уворачиваться не легче.
   Зрители взревели.
   — Вот это да!!! Ну и полет!!! — комментировал Бэгмен, перекрикивая визги и охи на трибунах, но Гарри его не слышал. — Видели, мистер Крам?!
   Гарри взлетел выше, описал круг, хвосторога следила за ним, вращая головой на длинной шее. Сейчас довертишься, голова закружится… Но нельзя уповать на удачу, как быопять огнем не стрельнула…
   Хвосторога разинула пасть, а Гарри нырнул вниз. На сей раз повезло меньше. И хоть он избежал пламени, но дракониха махнула хвостом, Гарри ушел влево, однако длинный шип задел плечо, порвав мантию. Плечо как ужалили. Трибуны зашлись в стоне. Ничего, царапина неглубокая… Гарри развернулся, подлетел к хвостороге и стал кружить у нее над спиной. И тут ему пришла в голову идея…
   Дракониха не взлетает, стережет яйца. Извивается, расправляет, сжимает крылья, держит Гарри под прицелом желтых, устрашающих глаз. Но отойти от яиц боится. А Гарри нужно, чтобы она сдвинулась с места, иначе про золотое яйцо можно забыть… Штука в том, чтобы осторожными действиями вынудить ее совершить ошибку.
   Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая расстояние — под драконий огонь попадать нельзя. Но надо и угрожать, пусть беспокоится. Голова драконихи крутилась за ним, вертикальные зрачки наблюдали, клыки скалились.
   Он взмыл выше. Шея у хвосторога удлинилась, голова поднялась, как у змеи по велению заклинателя.
   Гарри взлетел еще метра на два, дракониха издала вопль отчаяния. Он муха, которую она жаждет прихлопнуть. Хвост ударил еще раз, но Гарри вне досягаемости. Стрельнула огнем, он увернулся… дракониха широко раскрыла пасть.
   — Давай, давай, — дразнил Гарри, то приближаясь, то отлетая. — Я здесь. Схвати меня. Лови! Вот так…
   И...