Страница 2 из 30

— незаменимая вещь в дальнем путешествии, и в довершение всего «Пособие по уходу за метлой».
   Гарри очень скучал без своих друзей! И почти так же, как и друзей, ему недоставало квиддича. Это самая популярная игра в волшебном мире. Очень опасный вид спорта, но такой интересный! Играют в квиддич высоко в небе, оседлав метлы. Гарри — прекрасный игрок и самый молодой ловец в команде за последние сто лет. У него есть скоростная метла «Нимбус-2000», которую Гарри бережет как зеницу ока.
   Остался еще один сверток. Это посылка от Хагрида — школьного лесничего. У кого еще такой корявый почерк? Гарри снял верхний слой бумаги и успел лишь заметить нечтоиз зеленой кожи, как пакет вдруг задрожал и внутри него что-то громко щелкнуло, словно челюсти.
   Гарри замер. Опасную вещь Хагрид не пришлет, но… Что опасно, а что нет, у Хагрида на этот счет свои понятия. Достаточно вспомнить гигантского паука или жуткого трехглавого пса! А год назад он тайком принес к себе в хижину драконье яйцо!
   Гарри осторожно ткнул в сверток пальцем.
   Щелк!.. Щелк!
   Гарри взял настольную лампу, крепко сжал и поднял над головой, приготовившись ударить. Другой рукой одним махом сорвал обертку. На кровать упала книга в красивой зеленой обложке, на которой золотыми буквами было вытиснено: «ЧУДОВИЩНАЯ КНИГА О ЧУДИЩАХ».
   Только Гарри успел прочесть название, как книга перевернулась и как-то боком, словно краб, двинулась по кровати.
   — О! — пробормотал Гарри.
   Бах! Книга свалилась на пол и давай шуршать через всю комнату. Гарри за ней. Книга под стол. Только бы Дурсли не проснулись. Гарри сунул руку под стол. Хлоп!
   — Ой!!!
   Книга зажала пальцы именинника, но тут же отпустила и запрыгала дальше. Ничего не понимая, он сидел на корточках, а потом, опомнившись, ринулся на книгу и прижал ее кполу. В соседней комнате дядя Вернон что-то громко проворчал во сне, и опять все стихло.
   Букля и Стрелка с интересом наблюдали за борьбой. Книга так и норовила выскочить из рук. Сжав ее из последних сил, Гарри рванулся к шкафу, достал ремень и стянул ее. Все, теперь не убежишь! Книга сердито брыкалась, но ремень держал ее крепко. Гарри кинул подарок Хагрида на кровать и взял открытку.
  

   «Дорогой Гарри!
   С днем рождения! Эта книга тебе очень пригодится в следующем году. Больше ничего писать не буду. Вот свидимся и расскажу. Надеюсь, маглы тебя не обижают. Всего хорошего.
   Хагрид».
   Гарри призадумался. И эта кусачая книга ему пригодится? Ничего себе шуточки!
   Гарри сложил все открытки с подарками, и счастливая улыбка озарила его лицо. Да, еще осталось письмо из Хогвартса… Гарри вскрыл конверт и вытащил пергамент.
   «Уважаемый мистер Поттер!
   Напоминаю Вам, что первого сентября начинается учебный год. «Хогвартс-Экспресс» отходит от платформы № 9 и 3/4 с вокзала Кингс-Кросс в 11.00. В выходные дни третьекурсникам будет разрешено посещать деревню Хогсмид. К письму прилагается форма с разрешением. Ее должны подписать ваши родители или опекун. Также прилагается список учебников для третьего класса.
   Искренне Ваша
   профессор М. Макгонагалл,
   заместитель директора школы».
   Гарри достал форму с разрешением, и улыбки как не бывало. Дядя Вернон и тетя Петунья ни за что не подпишут эту бумагу. А было бы замечательно посещать Хогсмид по выходным. Это единственная деревня, где живут только волшебники, а он ни разу там не был!
   Гарри посмотрел на будильник. Два часа ночи.
   «Ладно, подожду до утра». С этими мыслями он лег на кровать и глянул на висевший на стене календарик. Он составил его, чтобы знать, сколько времени осталось до школы.Вычеркнул прошедший день, улегся и принялся рассматривать открытки.
   Каким бы необыкновенным Гарри ни был, в эту минуту он чувствовал себя как простой мальчишка — радовался дню рождения.
   Глава 2
   БОЛЬШАЯ ОШИБКА ТЕТУШКИ МАРДЖ
   Утром Гарри спустился на кухню. Дурсли уже сидели за столом и смотрели новенький телевизор, подаренный Дадли по окончании учебного года, чтобы сыночек смотрел мультфильмы рядом с холодильником. И теперь Дадли весь день проводит на кухне; маленькие поросячьи глазки прилипли к экрану, а пять подбородков работают без остановки.
   Гарри сел между Дадли и дядей Верноном — плотным, краснолицым мужчиной с крохотной шеей и пышными усами. С днем рождения Гарри никто не поздравил, даже доброго утра не пожелали — делают вид, что его нет. Подумаешь! Гарри к этому не привыкать. Он взял гренку и глянул на экран, где говорили о сбежавшем преступнике:
   «Блэк вооружен и очень опасен. Увидев его, немедленно сообщите властям по специально созданной горячей линии».
   — Без вас понятно, что негодяй! — крякнул дядя Вернон, глядя на преступника из-за газеты. — Да вы посмотрите, на кого похож этот грязный бездельник! Взгляните на его патлы!
   Он метнул злой взгляд на племянника, чьи растрепанные волосы вечно повергали в гнев прилизанных Дурслей. Но дядя не прав, у беглеца прическа куда хуже. Волосы такиедлинные и спутанные, что худого, бледного лица почти не видно.
   Тем временем диктор сменил тему.
   «Сегодня Министерство сельского и рыбного хозяйства объявляет…»
   — Идиот! — презрительно глядя на диктора, рявкнул дядя Вернон. — Хоть бы сказал, откуда сбежал этот маньяк! И вообще, какой прок в этой горячей линии?! А вдруг этот псих сейчас бродит по нашей улице?!
   Тетя Петунья, худосочная блондинка с лошадиным лицом, подлетела к окну.
   «А, надеется увидеть преступника и позвонить на горячую линию», — подумал Гарри.
   На целом свете не сыщешь столь любопытной дамы. Всю жизнь только и делает, что следит за соседями — такими же благопристойными занудами.
   — Да неужели непонятно, — дядя обрушил на стол багровый кулачище, — таким людям дорога одна — на виселицу!
   — Что верно, то верно, — кивнула тетя Петунья, не отрывая взора от зарослей вьющейся фасоли на соседнем участке.
   Дядя Вернон допил чай и взглянул на часы.
   — Ну, я пошел, Петунья. Поезд Мардж прибывает в десять часов.
   Гарри, все мысли которого были наверху — там его ожидал «Набор по уходу за метлой», — был рывком возвращен с небес на землю.
   — Тетушка Мардж?! — не подумав, вскрикнул он. — Она… она… сегодня приедет?!
   Тетушка Мардж — сестра дяди Вернона, и с Гарри родственными узами не связана (мама Гарри была сестрой тети Петуньи). Однако мальчика всю жизнь заставляли звать ее тетушкой. Она живет в пригороде в особняке с садом и разводит бульдогов. Тетушка Мардж не частый гость на Тисовой улице — расставание с прелестными собачками для нее невыносимо. Но в каждый ее приезд Гарри впору лезть на стену.
   Гарри помнит приезд тетушки на пятилетие Дадли. Мальчики играли в «Замиралки», и Гарри, чтобы не опередил толстяка, получил от тетушки Мардж тростью по ноге. А года через два тетушка заявилась на Рождество. Дадли подарила игрушку — электронного робота, а Гарри — коробку собачьего печенья. Последний визит она нанесла за год допоступления в Хогвартс. Тогда Гарри серьезнее пострадал. Он нечаянно наступил на лапу ее любимой собаке — Злыдню. Бульдог гонял его по саду, пока Гарри не залез на дерево, где и просидел до глубокой ночи: тетушка и не подумала отозвать пса. Вспоминая об этом, Дадли и сейчас хохочет до колик.
   — Мардж погостит у нас неделю, — пробасил дядя Вернон, — а ты, — ткнул он в Гарри толстым пальцем, — слушай меня внимательно!
   — Ха-ха-ха!!! — Дадли оторвался от телевизора. — Сейчас папочка начнет чихвостить Гарри. Вот будет весело!
   — Итак, — прорычал дядя Вернон, — с Мардж ты будешь предельно вежлив! Только попробуй ей нагрубить! Понял?!
   — Хорошо, — уныло выдохнул Гарри. — Но пусть и она меня не достает…
   Дядя Вернон пропустил его слова мимо ушей.
   — Далее. Мардж ничего не знает о твоей… э-э… ненормальности… И покуда она здесь, никаких аномальных явлений! Веди себя прилично! Понял меня?!
   — Буду. Если она тоже будет прилично себя вести, — стиснув зубы, кивнул Гарри.
   На багровом, мясистом лице дяди еле проглядывали маленькие, злые глазки.
   — И наконец, мы сказали Мардж, что ты ходишь в школу для трудных, ну, в общем, безнадежных подростков имени святого Брутуса.
   — Что?! — ахнул Гарри. Врать, что он учится с будущими преступниками?!
   — Мальчик, запомни, что я сказал. Не то тебе будет худо, — брызнул слюной дядя.
   Побледнев, Гарри уставился на дядю. Тетушка Мардж приезжает на целую неделю! Да-а, Дурсли устроили незабываемый день рождения! По сравнению с этим подарок в виде старых носков дяди Вернона — просто мечта!
   — Ну, Петунья, я поехал, — сказал дядя, тяжело поднимаясь со стула. — Дадли, не хочешь прокатиться со мной?
   — Не-а, — замотал головой Дадли.
   Дядя Вернон перестал поучать Гарри, и толстяк снова уставился в телевизор.
   — Дадлик, пойди переоденься. — Тетя ласково погладила сыночка по густым светлым волосам. — Мама купила своему мальчику такую красивую бабочку! Ах! Тетушка будет в восторге!
   Дядя хлопнул Дадли по толстому плечу.
   — Я скоро вернусь, — попрощался он и вышел из кухни.
   Гарри сидел понурив голову. Он был вне себя. И вдруг его озарило. Отбросив гренку, Гарри пулей вылетел в холл.
   Дядя Вернон уже натягивал куртку.
  

   — А тебя я с собой не звал, — буркнул дядя.
   — Я не за этим, — твердо сказал Гарри. — Хочу вас кое о чем попросить.
   Дядя Вернон прищурился.
   — Третьекурсникам в Хог… то есть в моей школе разрешено посещать одну деревню, — произнес Гарри.
   — А я при чем? — зашипел дядя, снимая с крючка ключи от машины.
   — Но нужно ваше разрешение.
   — С какой стати, интересно? — хмыкнул дядя Вернон.
   — Понимаете, — осторожно начал Гарри, — мне ведь нелегко будет притворяться, что я учусь в школе святого…
   — В школе для трудных, с криминальными наклонностями подростков имени святого Брутуса, — закончил за него дядя Вернон.
   Кажется, дядя занервничал, подумал Гарри.
   — Правильно. — Он спокойно смотрел на багровое лицо дяди и продолжал: — Но это трудно запомнить. И чтобы тетушка Мардж поверила, придется постараться, а то вдруг я скажу чего не так?
   — Тогда я из твоей башки выбью всю дурь!!! — Сжав кулак, дядя двинулся на Гарри, но тот и не шелохнулся.
   — Ну и выбивайте! Тетушка все равно сказанного мной не забудет!
   Дядя Вернон оторопел — кулак повис в воздухе, лицо исказила гримаса.
   — Но если вы подпишете разрешение, — быстро сказал Гарри, — то, клянусь, я запомню эту школу и буду вести себя как магл, то есть как хороший мальчик.
   Дядя стиснул зубы и задумался. Жилка у него на виске запульсировала.
   — Ладно, — наконец изрек он. — Будешь говорить, что я велел, подпишу эту чертову бумагу. Но если обманешь — пеняй на себя!
   Дядя круто развернулся и хлопнул дверью так, что из частого переплета над ней вылетело цветное стеклышко.
   На кухню Гарри не вернулся, отправился к себе в комнату: хочешь вести себя как истинный магл, начинай прямо сейчас.
   Гарри долго собирал подарки с открытками. Наконец с тяжким вздохом спрятал все под кровать к учебникам. Подошел к клетке: Букля и Стрелка, которая уже оправилась отперелета, спали, спрятав под крыло голову. Гарри снова вздохнул и разбудил сов, потыкав пальцем ту и другую.
   — Букля, — жалобно молвил он, — вам со Стрелкой придется улететь. Только на неделю. Я Рону напишу, он присмотрит за тобой. Ну не надо так смотреть! — В больших янтарных глазах Букли читался упрек. — Я не виноват! Я только так смогу получить разрешение, чтобы с друзьями ходить в Хогсмид.
   Гарри написал Рону письмо, привязал к лапе Букли, и минут через десять совы вылетели из окна. Гарри убрал пустую клетку в шкаф. Эх, тоска, но делать нечего!
   Однако тосковать долго не пришлось. Вскоре весь дом огласили крики тети Петуньи:
   — Скоро прибудет тетушка, немедленно выходи поздороваться! — и когда он уже спустился вниз, раздраженно добавила: — И пригладь свои патлы, неряха!
   Но что он может поделать с волосами? Да и тетушка Мардж обожает его ругать, к чему лишать ее удовольствия?
   Немного погодя зашуршал гравий, хлопнули дверцы машины, в саду раздался топот. Приехали.
   — Открой дверь! — зашипела тетя Петунья.
   С тяжелым сердцем Гарри повиновался. На пороге стояла тетушка Мардж.
   Эта краснолицая, внушительной комплекции дама очень походила на дядю Вернона. У нее были даже усы, правда, не такие пышные, как у дяди. В одной руке она держала здоровенный чемодан, второй прижимала к груди старого, угрюмого бульдога.
   — А где мой ненаглядный Дадли? — хрипло гаркнула тетушка. — Где мой медвежонок?
   В коридоре появился толстяк Дадли. Соломенные волосы прилизаны, из-под пяти подбородков торчит галстук-бабочка. Швырнув чемодан Гарри, тетушка ринулась навстречу племяннику. Чемодан угодил Гарри в живот, и у него перехватило дыхание. Тетушка Мардж подбежала к Дадли и, потискав его одной рукой, смачно чмокнула в щеку.
   Гарри прекрасно знал, что ее объятия Дадли терпит лишь потому, что тетушка ему за это платит. И действительно, когда объятия разжались, в кулаке толстяка хрустнула двадцатифунтовая бумажка.
   — Петунья! — воскликнула тетушка и двинулась к ней.
   На Гарри она и не взглянула. Он был для нее пустым местом. Тетушки поцеловались, Мардж прижалась массивной челюстью к впалой щеке тети Петуньи. Появился и дядя Вернон — сама любезность.
   — Мардж, не хочешь ли чайку? — предложил он. — А что желает Злыдень?
   — Злыдень желает испить чаю из моего блюдечка, — ухмыльнулась тетушка Мардж.
   Семейка отбыла на кухню, а Гарри остался в коридоре с тяжеленным чемоданом.
   «Это ничего, хорошо, что ушла», — подумал Гарри и не торопясь потащил чемодан в спальню, приготовленную для тетушки Мардж.
   Когда Гарри вернулся в кухню, тетушка уже попивала чай с фруктовым кексом, а в углу Злыдень шумно лакал чай из блюдца. Пол вокруг был забрызган слюной и чаинками. Тетя Петунья была явно не в восторге. Эта блюстительница чистоты терпеть не могла животных.
  

   — Послушай, Мардж, а кто присматривает за другими собаками? — полюбопытствовал дядя Вернон.
   — Полковник Фабстер, — загудела тетушка. — Он вышел на пенсию, и ему все равно делать нечего. Но моего бедного старичка я на него оставить не могу. Злыдень так без меня грустит, так грустит.
   Гарри сел за стол, и собака зарычала. Тетушка Мардж повернулась и тут как бы впервые заметила Гарри.
   — Ага! — рявкнула она. — Ты все еще здесь?
   — Да, — кивнул Гарри.
   — Да? — передразнила тетушка. — Как ты разговариваешь, неблагодарный мальчишка? Вернон и Петунья столько сделали для тебя! А ты… Если бы тебя оставили на моем крыльце, я бы с тобой миндальничать не стала! Сразу бы отправила в детский дом!
   В детском доме было бы куда лучше, чем здесь, у Дурслей, вертелось на языке у Гарри. «Молчи, Гарри, молчи, помни об уговоре», — сказал он себе и выдавил некое подобие улыбки.
   — Ах, он еще и ухмыляется! — возмутилась тетушка. — Совсем не изменился — грубиян! А я-то, я-то надеялась, что хоть в школе тебя перевоспитают!
   Тетушка одним глотком осушила полчашки чая, вытерла усы и продолжила:
   — Кстати, Вернон, это что за школа-то?
   — Имени святого Брутуса, — не замедлил с ответом дядя. — Самое подходящее место для безнадежных случаев.
   — Ясно. — Тетушка повернулась к Гарри: — А в этой школе розгами-то хоть лупят?
   — Ну-у…
   Дядя Вернон коротко кивнул ему из-за широкой спины тетушки Мардж.
   — Ага, — кивнул Гарри. Потом решил, что говорить надо подоходчивей, и добавил: — Лупят, все время лупят.
   — И правильно делают. — Тетушка Мардж хлопнула по столу — Все это чепуха, что, мол, детей, пусть и хулиганов, нельзя пороть. Да из сотни придурков девяносто девять заслуживают порку! Не сомневаюсь, тебе там достается часто!
   — Да-да, — кивнул Гарри, — очень часто.
   Тетушка Мардж прищурилась.
   — Не нравится мне, как ты разговариваешь, — процедила она. — Что-то ты слишком спокойно рассказываешь про наказания. Сдается мне, слабовато тебя там лупят. На твоем месте, Петунья, написала бы я в школу письмо с просьбой драть этого паршивца посильнее. Такие, как он, требуют особо строгого обращения.
   Дядя Вернон забеспокоился. Вдруг Гарри не выдержит и, забыв об уговоре, брякнет Мардж что-нибудь неподходящее?
   — Мардж, ты смотрела утренние новости? — поспешил он разрядить обстановку. — Что думаешь о сбежавшем преступнике?* * *
   Так вот и поселилась тетушка Мардж на Тисовой улице. И Гарри вдруг понял, что до нее все шло не так уж и плохо. Дяде Вернону и тете Петунье он старался не попадаться на глаза, и это всех устраивало. С тетушкой Мардж такое не пройдет — постоянно требует находиться при ней, чтобы досаждать нравоучениями. И хлебом не корми, дай сравнить его с Дадли. Особенно нравилось ей заваливать толстяка дорогими игрушками. Подарит и смотрит на Гарри — ждет, что он попросит: «Тетушка Мардж, а мне что?» И все время нудит, какое Гарри бесполезное, пропащее существо.
   Со дня приезда тетушки Мардж прошло три дня. Все обитатели дома № 4 по Тисовой улице сидели за обеденным столом.
   — Ты не виноват, Вернон, что мальчишка неисправим, — утешала тетушка Мардж брата. — Что поделать, коль он уже родился с гнильцой.
   От негодования у Гарри задрожали руки, к лицу прилила кровь. «Помни об уговоре и молчи, думай о Хогсмиде. Не обращай на нее внимания», — внушал он себе, уставившись в тарелку.
   Тетушка налила в бокал вина и провозгласила:
   — С собаками тоже всегда так. У дурной суки — дурные щенки!
  

   Едва она произнесла эти слова, как бокал в ее руке взорвался. По всей кухне разлетелись осколки. Тетушка заморгала, что-то бормоча, по багровому лицу потекло вино.
   — Мардж! — закричала тетя Петунья. — Мардж, ты жива?!
   — Да не волнуйся, Петунья, — тетушка вытерла лицо салфеткой, — я просто очень сильно сжала бокал. На днях у полковника Фабстера точно так же перестаралась.
   Но тетя с дядей не сводили с Гарри подозрительных взглядов. От греха подальше Гарри выскочил в коридор, не дождавшись пудинга.
   Тяжело дыша, он прислонился к стене. Нельзя, нельзя так злиться! Вот уже вещи начинают взрываться! А вдруг еще что-нибудь произойдет? Ладно Хогсмид, а если узнают в Министерстве магии?!
   Гарри — малолетний волшебник. И ему законом запрещено заниматься колдовством за пределами школы. Тем более прошлым летом он уже провинился, за что и получил от Министерства официальное предупреждение. Примени он опять волшебство на Тисовой улице, его точно из Хогвартса исключат.
   Услышав, как Дурсли встают из-за стола, Гарри заспешил к себе в комнату.* * *
   Следующие три дня прошли спокойно. Всякий раз, когда тетушка кидалась на него, Гарри, стиснув зубы, мысленно цитировал пособие по уходу за метлой. Наверное, взгляд его при этом стекленел, потому что тетушка Мардж вдруг высказала догадку, что Гарри, ко всему прочему, еще и умственно отсталый.
   Наконец-то настал последний день пребывания тетушки Мардж на Тисовой улице. По такому случаю тетя Петунья накрыла праздничный стол, а дядя Вернон откупорил несколько бутылок вина. Все так увлеклись супом и лососем, что на Гарри никто не обращал внимания. На сладкое был лимонно-меренговый пирог, но удовольствие всем испортил дядя нудным рассказом о дрелях, которые производила его фирма «Граннингс». Потом тетя Петунья подала кофе, а дядя Вернон достал бутылку бренди.
   — Мардж, не соблазнишься, а?
   Тетушка выпила уже не один бокал вина, и лицо у нее налилось кровью.
   — Плесни чуток, — хрипло хихикнула она, протягивая рюмку. — Ну что так мало? Лей еще… еще… Ага, вот теперь будет.
   Дадли лопал четвертый кусок пирога; тетя Петунья держала чашку кофе, оттопырив мизинец. Гарри собрался уходить, но дядя Вернон так сердито на него посмотрел — пришлось остаться.
   — Уф!.. — Тетушка облизнулась, поставив на стол пустую рюмку. — Потрясающий ужин, Петунья! Мне, с дюжиной бульдогов, готовить некогда. Дома сама делаю только яичницу.
   Смачно рыгнув, она похлопала себя по животу. Под твидовым пиджаком ему было явно тесновато.
   — Прошу прощения. Люблю я упитанных мальчиков! — Тетушка подмигнула Дадли. — Ты, Дадлик, вырастешь и будешь такой же большой, как папа! Ну-ка, Вернон, налей еще бренди!
   — Пожалуйста.
   Тетушка мотнула головой в сторону Гарри, и у того екнуло сердце.
   «Открываю пособие», — пронеслось у него в голове.
 ...