Страница 67 из 72

у:
   — Акцио, проро…
   Внезапно на него налетел Сириус и сшиб плечом на пол. Пророчество снова скользнуло к самым кончикам пальцев Гарри, но он сумел удержать его. Между Сириусом и Долоховым завязалась битва, их палочки мелькали, как шпаги, из них сыпались искры…
   Долохов отвел назад палочку, готовясь применить то же заклятие, которым он поразил Гермиону. Вскочив с пола, Гарри выкрикнул:
   — Петрификус тоталус!
   Долохову вновь свело руки и ноги, и он, отвердев, грохнулся на спину.
   — Отлично! — восхитился Сириус, уклоняясь от парочки Оглушающих заклятий. — А теперь давай-ка беги отсю…
   Они разом пригнулись: луч зеленого света чуть не угодил в Сириуса. Гарри увидел, как Тонкс по другую сторону комнаты упала посреди амфитеатра; ее обмякшее тело стало сползать вниз по каменным ступеням, а торжествующая Беллатриса, развернувшись, кинулась в самую гущу схватки.
  

   — Гарри! Держи пророчество, хватай Невилла и беги! — изо всей мочи закричал Сириус, бросаясь навстречу Беллатрисе.
   Гарри не увидел, что произошло потом: перед его глазами вырос Кингсли, сражающийся с Руквудом, чье изрытое оспой лицо уже не закрывала маска. Еще один зеленый луч блеснул над головой Гарри, когда он метнулся к Невиллу…
   — Можешь встать? — крикнул он в ухо товарищу, ноги которого все еще выделывали кренделя. — Обними меня за шею…
   Гарри напряг мышцы, и Невилл подчинился, однако ноги по-прежнему не желали его слушаться, от них было мало проку. И вдруг, откуда ни возьмись, на них налетел человек. Оба рухнули назад, Невилл болтал ногами, как перевернутый жук, а Гарри вскинул вверх левую руку, чтобы не выпустить стеклянный шарик.
   — Пророчество, Поттер! Дай его мне! — проревел у него над ухом голос Люциуса Малфоя, и Гарри почувствовал, как кончик палочки уперся ему в ребра, причиняя невыносимую боль.
   — Нет… отпусти… Невилл, держи!
   Гарри катнул шарик по полу в сторону Невилла, а тот, развернувшись на спине, поймал его и прижал к груди. Малфой, не раздумывая, мгновенно направил палочку на Невилла, но Гарри ткнул своей через плечо и крикнул:
   — Импедимента!
   Заклинание отшвырнуло Малфоя прочь. Быстро поднявшись на ноги, Гарри оглянулся и увидел, что тот ударился спиной о платформу, на которую в пылу битвы вскочили Сириус и Беллатриса. Малфой снова нацелил палочку на Гарри с Невиллом, но, прежде чем он успел набрать в грудь воздуха, его остановил Люпин, оказавшийся между ним и мальчиками.
   — Гарри, собирай остальных и БЕГИ!
   Гарри сгреб Невилла за мантию у плеча и буквально втащил его на первый ряд каменных сидений. Невилл дрыгал ногами, не в силах принять вертикальное положение; Гарри снова напрягся и одолел еще один ряд…
   Заклятие ударило в камень прямо у него под ногами; кусок скамьи отлетел, и Гарри опять съехал на предыдущую.
   Невилл свалился на землю, выписывая ногами что-то немыслимое, Гарри забрал из рук Невилла пророчество и сунул ему в карман…
   — Ну давай! — отчаянно завопил он, дергая Невилла за мантию. — Хоть чуть-чуть обопрись на ноги…
   Еще одно гигантское усилие, и мантия Невилла разорвалась по всему левому шву; маленький стеклянный шарик выкатился у него из кармана, и прежде чем кто-нибудь из нихуспел схватить его, подвернулся Невиллу под ногу. Пинок — и шарик, пролетев метра три вправо, разбился о нижнюю ступень. Оба друга в ужасе уставились на место катастрофы и увидели, как в воздух поднялась перламутрово-белая фигура с неестественно увеличенными глазами — ее не заметил никто, кроме них. Гарри смотрел, как движутся ее губы, изрекая пророчество, но среди криков и шума битвы нельзя было расслышать ни слова. Договорив, фигура медленно растаяла в воздухе.
   — Извиди бедя, Гарри! — Лицо Невилла было искажено мукой, а ноги по-прежнему дергались не переставая. — Я видовад, Гарри, я де хотед…
   — Ладно! — крикнул Гарри. — Попробуй встать, надо уходить отсю…
   — Дабблдор! — Мокрое от пота лицо Невилла вдруг преобразилось. Он смотрел куда-то за спину Гарри.
   — Что?
   — ДАББЛДОР!
   Гарри обернулся вслед за взглядом Невилла. Прямо над ними, на пороге двери, ведущей в Комнату мозгов, стоял Альбус Дамблдор, палочка его была поднята, лицо побелело от гнева. Словно электрический ток пробежал по всему телу Гарри — они спасены!
   Дамблдор пронесся по ступеням вниз, мимо Гарри и Невилла — теперь они больше не думали о побеге. Их школьный директор уже достиг нижнего яруса каменных сидений, когда ближайшие Пожиратели смерти заметили его и крикнули остальным, что он здесь. Один из них пустился бежать, карабкаясь по ступеням напротив, точно обезьяна. Дамблдор снял его оттуда заклятием без малейших усилий, будто невидимым арканом…
   Только одна пара противников продолжала биться, не обращая внимания ни на что вокруг. На глазах у Гарри Сириус увернулся от красного луча, посланного Беллатрисой. Он смеялся над ней…
   — Ну же, давай! Посмотрим, на что ты способна! — воскликнул он, и его голос раскатился эхом по огромной комнате.
   Второй красный луч поразил его прямо в грудь.
   Улыбка еще не сошла с его уст, но глаза расширились от изумления.
   Сам того не заметив, Гарри отпустил Невилла. Он снова спрыгнул на ступень ниже, вынимая палочку. Дамблдор тоже обернулся к платформе.
   Казалось, Сириусу понадобилась целая вечность, чтобы упасть: его тело выгнулось изящной дугой, прежде чем утонуть в рваном занавесе, закрывающем арку. Гарри успел увидеть на изможденном, когда-то красивом лице своего крестного отца смесь страха и удивления, и в следующий миг он исчез в глубине древней арки. Занавес сильно колыхнулся, словно от внезапного порыва ветра, и сразу же успокоился опять.
   Раздался торжествующий клич Беллатрисы Лестрейндж. Чего вдруг? Гарри был уверен, что Сириус просто упал, скрывшись за занавесом, он вот-вот появится с другой стороны арки…
   Но Сириус не появлялся.
   — СИРИУС! — закричал Гарри. — СИРИУС!
   Он был уже на дне ямы и задыхался так, что болела грудь. Сириус должен быть совсем рядом, сейчас он, Гарри, вытащит его из-за занавеса…
   Но не успел он вскочить на платформу, как Люпин обхватил его сзади и удержал.
   — Ты ничего не можешь сделать, Гарри…
   — Помогите ему, спасите его, он ведь только что был здесь…
   — …слишком поздно, Гарри.
   — Сейчас мы его вытащим… — Гарри яростно извивался, пытаясь вырваться, но с Люпином было не так-то легко сладить.
   — Ты ничего не можешь сделать, Гарри… ничего… его уже не вернуть.
   Глава 36
   ЕДИНСТВЕННЫЙ, КОГО ОН ВСЕГДА БОЯЛСЯ
   — Неправда! — закричал Гарри.
   Он не мог в это поверить; он не хотел в это верить; и он сопротивлялся Люпину из последних сил. Люпин просто не понимает: там, за этим занавесом, прячутся люди, Гарри слышал, как они шепчутся, когда в первый раз побывал в этой комнате. Сириус спрятался, он всего лишь скрылся из виду…
   — СИРИУС! — снова выкрикнул он. — СИРИУС!
   — Он не сможет оттуда вернуться, Гарри. — Голос у Люпина сорвался. — Он не вернется, потому что он ме…
   — ОН-НЕ-МЕРТВ! — взревел Гарри. — СИРИУС!
   Вокруг них что-то происходило: кто-то бегал, снова и снова вспыхивали заклятия. Но для Гарри все это было полностью лишено смысла, он не обращал внимания на сверкающие совсем рядом лучи, ничто на свете не имело значения, кроме одного: пусть Люпин прекратит делать вид, будто Сириус, который сейчас стоит в двух шагах от них за этой старой занавеской, больше не появится оттуда. Нет, сейчас он выйдет, отбросит со лба свои темные волосы и снова ринется в схватку!
   Люпин оттащил Гарри подальше от платформы. Гарри — его взгляд был все так же прикован к арке — начинал сердиться на Сириуса за то, что он заставляет их ждать…
   Но каким-то краешком своего сознания, все еще стараясь вырваться из рук Люпина, он уже понимал, что случилась беда — ведь никогда прежде Сириус не заставлял его ждать. Сириус рисковал всем и всегда, только бы увидеть Гарри, помочь ему… и если Сириус не появляется из этой арки теперь, когда Гарри зовет его так отчаянно, будто от крестного зависит его жизнь, это можно объяснить только одним: значит, он не способен вернуться… и он действительно…
   Дамблдор собрал оставшихся Пожирателей смерти посреди комнаты — они были словно связаны невидимыми веревками. Грозный Глаз Грюм подполз к лежащей на полу Тонкс и пытался привести ее в чувство. За платформой все еще сверкали вспышки, оттуда доносились возгласы и хриплое дыхание — это Кингсли сменил Сириуса в поединке с Беллатрисой.
   — Гарри!
   Невилл потихоньку спустился по каменным ярусам туда, где стоял Гарри, который уже не сопротивлялся Люпину, но тот на всякий случай придерживал его за локоть.
   — Гарри… Бде очедь жадь… — сказал Невилл. Его ноги до сих пор дергались сами по себе. — Этот чедовек… Сириус… од быд твой друг?
   Гарри кивнул.
   — Сейчас, — спокойно сказал Люпин и направил палочку на ноги Невилла. — Финита. — Заклятие было снято, пляс прекратился, и ноги Невилла твердо стали на пол. — А теперь… теперь давайте найдем остальных. Где они, Невилл?
   Люпин повернулся спиной к арке. Он был очень бледен и говорил так, точно каждое слово причиняло ему боль.
   — Оди все таб, — сказал Невилл. — Да Рона напад бозг, до я дубаю, с диб все в порядке. А Гербиода без создадия, до пудьс есть…
   Из-за платформы раздался громкий треск и вопль. Гарри увидел, как Кингсли с криком боли рухнул на пол; Беллатриса Лестрейндж тут же пустилась бежать. Дамблдор мгновенно повернулся и послал ей вслед заклятие, но она отклонила его; вот она уже на середине амфитеатра…
   — Гарри, стой! — воскликнул Люпин, но Гарри воспользовался тем, что он ослабил хватку, и успел вырвать руку.
   — ОНА УБИЛА СИРИУСА! — закричал Гарри. — ОНА УБИЛА ЕГО! А Я УБЬЮ ЕЕ!
   И он быстро полез вверх по каменным ступеням, сзади что-то кричали, но он не обращал на это внимания. Полы мантии Беллатрисы скрылись за дверью, и он выскочил вслед за ней обратно в Комнату мозгов…
   Она пустила в него заклятие через плечо. Аквариум, где были мозги, подскочил в воздух и опрокинулся. На Гарри хлынул вонючий зеленый раствор; мозги заскользили вокруг него и уже начали было выпускать длинные разноцветные щупальца, но он крикнул: «Вингардиум левиоза!», и они взлетели к потолку. Торопясь и оскальзываясь, он побежал к двери, перепрыгнул через Полумну, которая стонала на полу, миновал Джинни, слабо окликнувшую его по имени, потом Рона, тихо хихикающего, и Гермиону, которая по-прежнему лежала без сознания. Рванув на себя дверь, выходящую в круглую темную комнату, он увидел, как Беллатриса исчезла за противоположной дверью — там был коридор,ведущий обратно к лифтам.
   Он кинулся туда, но она захлопнула за собой дверь, и стены уже начали вращаться. Опять вокруг исчезло все, кроме синих полос, прочерченных пламенем свечей.
   — Где выход? — в отчаянии воскликнул он, когда низкий рокот стих и комната вновь застыла в неподвижности. — Как отсюда выбраться?
   Комната точно ждала этого вопроса. Дверь прямо перед ним распахнулась, и за ней открылся нужный коридор, ярко освещенный факелами, он был совершенно безлюден. Гарри побежал снова…
   Он слышал впереди громыхание лифта; прибавив скорости, он свернул за угол и ударил кулаком по кнопке вызова второй кабины. Та спустилась к нему с лязгом и звоном, решетки разъехались в стороны, Гарри ворвался внутрь и нажал кнопку с надписью «Атриум». Двери сомкнулись, и лифт тронулся…
   Он выскочил наружу, не дожидаясь, пока решетки полностью разъедутся, и огляделся вокруг. Беллатриса была уже у телефонной будки в конце зала, но, обернувшись, увидела своего преследователя и метнула в него еще одно заклятие. Он нырнул за Фонтан Волшебного братства; пролетев мимо, заклятие угодило в огромные золотые ворота в другом конце Атриума, и они загудели, как колокол. Шаги Беллатрисы смолкли. Он скрючился за статуями, прислушиваясь.
   — Выходи, выходи, малютка Гарри! — пропела она тонким издевательским голоском, и ее слова отразились эхом от начищенного паркета. — Зачем же еще было бежать за мной? Я думала, ты хочешь отомстить за моего дорогого братца!
   — Да, хочу! — крикнул Гарри, и с десяток его призрачных двойников вокруг всего зала повторили: «Да, хочу! Да, хочу! Да, хочу!»
   — Так-так… Наверное, ты любил его, малютка Поттер?
   Гарри захлестнула такая лютая ненависть, какой он не знал никогда прежде; стрелой вылетев из-за фонтана, он взревел:
   — Круцио!
   Беллатриса вскрикнула. Заклятие Гарри сбило ее с ног, но она не стала извиваться и корчиться от боли, как Невилл, она мигом вновь вскочила на ноги, тяжело дыша и больше не смеясь. Гарри опять спрятался за золотым фонтаном. Ответным заклятием Беллатриса снесла голову благородному чародею, и та откатилась метров на шесть, оставив на паркете глубокие царапины.
   — Ты никогда раньше не применял непростительных заклятий, правда, мальчик? — крикнула она уже нормальным голосом, без сюсюканья. — Ты должен по-настоящему хотеть, чтобы они подействовали, Поттер! Надо хотеть причинить боль и получать от этого удовольствие, а праведный гнев — это для меня пустяки! Я покажу тебе, как это делается, ладно? Я преподам тебе урок…
   Гарри вышел с другой стороны фонтана, Беллатриса взвизгнула: «Круцио!», и ему пришлось снова быстро спрятаться за фонтан; рука кентавра, сжимающая лук, с грохотом упала на пол неподалеку от золотой головы чародея.
   — Тебе не победить меня, Поттер! — крикнула колдунья.
   Он слышал, как она смещается вправо, чтобы поразить его заклятием, и попятился назад, прячась за ногами кентавра; его голова была на одном уровне с головой эльфа-домовика.
   — Я была и остаюсь самой верной слугой Темного Лорда. Он обучал меня Темным искусствам, и мне ведомы заклятия такой мощи, что ты, жалкий мальчишка, никогда не сможешь со мной потягаться…
   — Импедимента! — закричал Гарри: он прокрался к гоблину, который продолжал лучезарно улыбаться обезглавленному чародею, и прицелился в спину Беллатрисе, пытавшейся заглянуть за фонтан. Она отреагировала так быстро, что он едва успел спрятаться.
   — Протего!
   Красный луч, его собственное Оглушающее заклятие, рикошетом отскочил в него. Гарри скрючился за фонтаном, и одно из золотых ушей гоблина полетело через весь зал.
   — Я дам тебе шанс, Поттер! — крикнула Беллатриса. — Отдай мне пророчество! Выкати его ко мне по полу, и твоя жизнь спасена!
   — Тогда тебе придется убить меня, потому что его больше нет! — откликнулся Гарри, и в то же мгновение его лоб пронзила боль: старый шрам вновь обожгло как огнем, и Гарри ощутил прилив ярости, абсолютно не связанной с его собственным гневом. — И он знает это! — Гарри рассмеялся безумным смехом, под стать Беллатрисе. — Твой закадычный дружок Волан-де-Морт знает, что оно разбилось! Вряд ли он похвалит тебя за это, как ты думаешь?
   — Что? О чем ты говоришь? — взвизгнула она, и он впервые услышал в ее голосе страх.
   — Пророчество разбилось, когда я пытался втащить Невилла наверх по ступеням! Как ты думаешь, что Волан-де-Морт скажет по этому поводу?
   Его шрам пылал… от боли на глаза навернулись слезы…
   — ЛЖЕЦ! — завопила она, но за ее злобой угадывался ужас. — Оно у тебя, Поттер, и ты отдашь его мне! Акцио, пророчество! АКЦИО, ПРОРОЧЕСТВО!
   Гарри рассмеялся снова, чтобы еще больше взбесить ее, и боль в шраме стала такой свирепой, что ему показалось, будто его череп вот-вот разлетится на куски. Он помахал пустой рукой над плечом одноухого гоблина и быстро спрятал ее обратно, когда она метнула в него еще один зеленый луч.
   — Видишь, пусто! — крикнул он. — Ты ничего не получишь! Оно пропало, и никто не узнает, о чем оно было, так и передай своему боссу!
   — Нет! — взвизгнула она. — Ты лжешь, это неправда! Я не виновата, хозяин… Не надо меня наказывать…
   — Зря стараешься! — крикнул Гарри, зажмурясь от боли, которая стала совсем нестерпимой. — Он тебя не услышит!
   — Неужели, Поттер? — сказал высокий холодный голос.
   Гарри открыл глаза.
   Высокий, худой, в черной мантии с капюшоном, жуткое змеиное лицо, бледное и иссохшее, багровые глаза с щелочками зрачков… Лорд Волан-де-Морт стоял посреди зала, направив на него палочку, и Гарри застыл на месте, не в силах шелохнуться.
   — Итак, ты разбил мое пророчество? — вкрадчиво спросил Волан-де-Морт, устремив на Гарри безжалостный взор своих красных глаз. — Нет, Белла, он не лжет… Я вижу правду, которая глядит на меня из его никчемного мозга… целые месяцы подготовки, столько усилий… и вы, Пожиратели смерти, позволили Гарри Поттеру снова расстроить мои планы…
  

   — Простите меня, хозяин, я не знала! Я сражалась с анимагом Блэком! — зарыдала Беллатриса, бросаясь ниц у ног Волан-де-Морта, сделавшего несколько шагов вперед. — Вы же знаете, хозяин…
   — Замолчи, Белла. — В голосе Волан-де-Морта послышалась угроза. — Через минуту я с тобой разберусь. Ты думаешь, я пробрался в Министерство магии, чтобы слушать твое дурацкое хныканье?
   — Но, хозяин… он здесь… внизу…
   Волан-де-Морт не обратил внимания на ее слова.
   — Мне больше нечего сказать тебе, Поттер, — спокойно промолвил он. — Ты мешал мне слишком часто и слишком долго. АВАДА КЕДАВРА!
   У Гарри даже не хватило сил открыть рот, чтобы защититься; его голова была пуста, палочка безвольно повисла.
   Но безголовая золотая статуя чародея из фонтана вдруг ожила, она спрыгнула со своего постамента и с грохотом приземлилась между Гарри и Волан-де-Мортом. Статуя распростерла руки, защищая Гарри от нападения, и заклятие отскочило от ее груди.
   — Что… — воскликнул Волан-де-Морт, бешено озираясь. И тут у него вырвалось: — Дамблдор!
   Гарри оглянулся; сердце его пустилось в галоп. Перед золотыми воротами стоял Дамблдор.
   Волан-де-Морт поднял палочку, и еще один зеленый луч полетел в Дамблдора, но он круто повернулся и исчез в вихре своей мантии. В следующую секунду Дамблдор возник заспиной у Волан-де-Морта и взмахнул палочкой в направлении разбитого фонтана, вдохнув жизнь в оставшиеся статуи. Статуя волшебницы бросилась на Беллатрису, та кричала и тщетно поливала ее заклятиями, но волшебница схватила колдунью и прижала к полу. Тем временем гоблин и эльф-домовик побежали к каминам у стены, а однорукий кентавр галопом поскакал к Волан-де-Морту, который тоже исчез и появился рядом с фонтаном. Безголовая статуя оттеснила Гарри в сторону, подальше от центра схватки. Дамблдор двинулся к Волан-де-Морту, а кентавр описывал круги вокруг них обоих.
   — Глупо было приходить сюда сегодня, Том, — спокойно произнес Дамблдор. — Сейчас подоспеют мракоборцы…
   — К этому времени меня здесь не будет, а ты будешь мертв! — рявкнул Волан-де-Морт. Он послал в Дамблдора очередное смертоносное заклятие, но промахнулся, и стол дежурного колдуна вспыхнул, как гора сухого хвороста.
   Дамблдор сделал неуловимое движение палочкой; сила вырвавшегося из нее заклинания была так велика, что волосы у Гарри встали дыбом даже за спиной его золотого стража, и на сей раз, чтобы отразить чары, Волан-де-Морту пришлось сотворить из воздуха сверкающий серебряный щит. Заклинание, каким бы оно ни было, не нанесло щиту видимого ущерба, он лишь загудел, точно гонг, и от этого звука у Гарри мурашки поползли по коже.
   — Ты не собираешься убивать меня, Дамблдор? — воскликнул Волан-де-Морт, и его красные глаза над щитом насмешливо сощурились. — Считаешь себя выше такой жестокости?
   — Мы оба знаем, что есть другие способы погубить человека, Том, — негромко отозвался Дамблдор, продолжая наступать на Волан-де-Морта, словно ничто на свете не могло испугать его, словно никакие вражеские усилия не могли остановить эту спокойную поступь. — Готов сознаться, что я не получил бы удовлетворения, попросту отняв у тебя жизнь…
   — Нет ничего хуже смерти, Дамблдор! — прорычал Волан-де-Морт.
   — Ты ошибаешься, — возразил Дамблдор, по-прежнему приближаясь к Волан-де-Морту; тон его был так небрежен, будто они собрались поболтать за кружечкой пива. Гарри было страшно смотреть, как он идет на врага и не думает защищаться. Он хотел крикнуть, предостеречь седовласого волшебника, но безголовый страж оттеснял Гарри к стене,пресекая все его попытки вырваться на свободу. — Что ж, твоя неспособность понять, что в мире есть вещи, которые гораздо хуже смерти, всегда была твоей главной слабостью…
   Еще один зеленый ...