Страница 6 из 58

 ближайшие секунды умрет. Примерно в метре от него появился верхом на метле некто в капюшоне, поднимая в его сторону руку…
   — НЕТ!
   С этим яростным криком Хагрид прыгнул с мотоцикла на Пожирателя смерти, и Гарри с ужасом увидел, как оба они, Пожиратель и Хагрид, стремительно уносятся вниз — их общий вес оказался для метлы чрезмерным…
   Едва сжимая падающий мотоцикл коленями, Гарри услышал крик Волан-де-Морта:
   — Мой!
   Все было кончено. Ни слух, ни зрение не позволяли понять, где сейчас Волан-де-Морт. Мелькнул еще один быстро убравшийся с его пути Пожиратель. Гарри услышал:
   — Авада…
   Боль в шраме заставила Гарри зажмуриться, он ничего не видел, но его палочка начала действовать самостоятельно. Гарри почувствовал, как она тянет его руку, точно большой магнит, увидел из-под полузакрытых век порыв золотистого огня, услышал треск и вопль гнева. Взвыл один из Пожирателей смерти. Волан-де-Морт прокричал: «Нет!»
   Гарри непонятным образом вдруг обнаружил прямо перед своим носом багровую кнопку. Он ударил по ней свободной от палочки рукой, мотоцикл выбросил в воздух струю пламени и с еще большей скоростью понесся к земле.
   — Хагрид! — позвал Гарри, изо всех сил цепляясь за руль. — Хагрид! Акцио, Хагрид!
   Скорость нарастала, земля тянула мотоцикл к себе. Руль торчал перед лицом Гарри, он не видел ничего, кроме становившихся все ближе и ближе огней: сейчас он врежется в землю, и с этим ничего уже поделать нельзя. Сзади послышался новый крик:
   — Палочку, Селвин, дай твою палочку!
   Гарри скорее почувствовал Волан-де-Морта, чем увидел его. Бросив взгляд в сторону, он обнаружил совсем рядом красные глаза и понял: это последнее, что он видит в жизни. Волан-де-Морт готовился метнуть в него еще одно заклятие…
  

   Но тут Волан-де-Морт исчез. Гарри глянул вниз, увидел распростертого на земле Хагрида и, чтобы не врезаться в него, потянул руль на себя, затем нащупал тормоз, и с оглушительным грохотом, от которого содрогнулась земля, мотоцикл влетел в илистый пруд.
   Глава 5
   ПАВШИЙ ВОИН
   — Хагрид!
   Гарри пытался выбраться из мешанины окружавших его обломков металла и обрывков кожи. Попробовал встать, однако руки его ушли в илистую жижу. Он не понимал, где Волан-де-Морт, и ожидал, что тот в любую секунду обрушится на него из темноты. Что-то горячее и мокрое стекало по его подбородку и по лбу тоже. Он на четвереньках выполз из пруда и заковылял к месту, где лежала на земле огромная, темная масса — Хагрид.
   — Хагрид! Хагрид, скажи что-нибудь…
   Но темная масса даже не пошевелилась.
   — Кто здесь? Это Поттер? Вы Гарри Поттер?
   Этот мужской голос Гарри был незнаком. Следом послышался женский:
   — Они разбились, Тед! Разбились в саду!
   В голове у Гарри все поплыло.
   — Хагрид, — тупо повторил он, и тут колени его подогнулись.
   В следующий, как ему показалось, миг он обнаружил, что лежит навзничь на чем-то вроде кушетки, что его ребра и правая рука горят. Выбитый зуб уже вырос заново. Шрам налбу продолжал пульсировать.
   — Хагрид!
   Гарри открыл глаза и увидел, что лежит на софе в незнакомой ярко освещенной гостиной. Неподалеку от софы валялся на полу его рюкзак, мокрый и грязный. У софы стоял, обеспокоенно вглядываясь в Гарри, светловолосый мужчина с изрядным брюшком.
   — С Хагридом все хорошо, сынок, — сказал этот мужчина, — за ним сейчас жена ухаживает. Как вы себя чувствуете? Ничего больше не сломано? Ребра, зуб и руку уже вылечили. Кстати, я Тед, Тед Тонкс — отец Доры.
   Гарри сел — слишком поспешно: свет вдруг потускнел, Гарри ощутил тошноту и головокружение.
   — Волан-де-Морт…
   — Вы все же полегче, — сказал Тед Тонкс и, положив на плечо Гарри ладонь, заставил его снова опуститься на подушки. — Вы только что здорово врезались в землю. И кстати, что произошло? Мотоцикл сломался? Артур Уизли опять перемудрил со своими магловскими изобретениями?
   — Нет, — ответил Гарри, чувствуя, как шрам пульсирует, точно открытая рана. — Пожиратели смерти, их было много… Они гнались за нами…
   — Пожиратели смерти? — резко переспросил Тед. — Что значит Пожиратели смерти? Я полагал, они не знали, что вы переезжаете сегодня, полагал…
   — Они знали, — сказал Гарри.
   Тед Тонкс взглянул на потолок, как будто надеялся увидеть небо за ним.
   — Ну что же, зато и мы теперь знаем, что наши защитные заклинания держатся, не так ли? Им к этому дому и на сто метров не подобраться — с любой стороны.
   Теперь Гарри понял, почему исчез Волан-де-Морт. Это случилось там, где мотоцикл прошел через поставленный Орденом защитный барьер. Хотелось бы только надеяться, что барьер будет держаться и дальше. Он представил себе Волан-де-Морта, который как раз в эту минуту висит метрах в ста над ними, пытаясь понять, как ему проникнуть сквозь то, что представлялось Гарри большим, прозрачным пузырем.
   Гарри спустил с софы ноги, ему нужно было собственными глазами увидеть Хагрида, только тогда он поверит, что тот жив. Но едва Гарри встал, дверь распахнулась, и в неепротиснулся Хагрид, прихрамывающий, с покрытым грязью и кровью лицом, но чудесным образом живой.
   — Гарри!
   Хагрид в два шага покрыл разделявшее их расстояние (свалив по пути два хрупких столика и фикус) и обнял Гарри так, что у того затрещали недавно починенные ребра.
   — Мать честная, Гарри, как же ты выбрался-то? Я уж решил, нам обоим крышка.
   — Да, и я тоже. Поверить не могу…
   Гарри примолк, он только теперь заметил женщину, вошедшую в комнату следом за Хагридом.
   — Вы! — крикнул он и сунул руки в карманы, однако там было пусто.
   — Вот ваша палочка, сынок, — сказал Тед, пристукнув ею по руке Гарри. — Лежала рядом с вами, я ее подобрал. А кричите вы на мою жену.
   — Ох, я… простите.
   Пока миссис Тонкс пересекала комнату, ее сходство с сестрой, с Беллатрисой, убывало: более светлые каштановые волосы, глаза побольше и подобрее. И тем не менее, после восклицания Гарри в ней проступила легкая надменность.
   — Что с нашей дочерью? — спросила она. — Хагрид сказал, что вы попали в засаду. Где Нимфадора?
   — Не знаю, — ответил Гарри. — Мы оба не знаем, что произошло со всеми остальными.
   Тед с женой обменялись взглядами. А Гарри, пока он смотрел на их лица, одолевали чувства страха и вины. Если кто-то из остальных погибнет, виноват в этом будет он и только он. Ведь это он согласился с их планом, дал свои волосы…
   — Портал, — произнес Гарри, вдруг вспомнив все сразу. — Нам нужно вернуться в «Нору» и все выяснить, тогда мы сможем послать вам весточку или… или Тонкс пришлет ее, когда она…
   — С Дорой все будет хорошо, Дромеда, — сказал Тед. — Она свое дело знает, она не раз попадала в переделки вместе с мракоборцами. Портал пока здесь, — обратился он к Гарри. — Если хотите воспользоваться им, у вас есть на это три минуты.
   — Да, хотим, — сказал Гарри. Он подхватил рюкзак, забросил его на плечо. — Я…
   Он смотрел на миссис Тонкс, ему хотелось попросить прощения за то, что он покидает ее такой напуганной, ведь именно на нем лежит страшная ответственность за случившееся. Однако слов, которые не казались бы ему самому пустыми и неискренними, Гарри найти не мог.
   — Я скажу Тонкс… Доре, чтобы она связалась с вами, когда… когда она… и спасибо, что залатали нас, спасибо за все. Я…
   Покинув комнату и шагая за Тедом Тонксом по ведущему к спальне короткому коридору, Гарри испытывал облегчение. Хагрид вошел в спальню следом за ними, согнувшись, чтобы не зацепить головой дверную притолоку.
   — Ну вот, сынок, это и есть портал. — Мистер Тонкс указал на маленькую, оправленную в серебро щетку для волос, лежавшую на туалетном столике.
   — Спасибо, — сказал Гарри и протянул руку, чтобы погрузить в щетку палец и покинуть этот дом.
   — Погоди, Гарри, — сказал, озираясь по сторонам, Хагрид. — А Букля-то где?
   — Она… в нее попали, — ответил Гарри.
   Мысль о случившемся снова обрушилась на него, на глаза Гарри неожиданно навернулись слезы, ему стало неловко из-за них. Сова была его товарищем, единственной связью с волшебным миром в те дни, которые ему приходилось проводить у Дурслей.
   Хагрид протянул здоровенную ладонь и похлопал Гарри по плечу, довольно болезненно.
   — Не горюй, — хрипло сказал он. — Не горюй. Она прожила замечательную, долгую жизнь…
   — Хагрид! — предостерегающе произнес Тед Тонкс; щетка наливалась яркой синевой, времени на то, чтобы сунуть в нее палец, оставалось совсем мало.
   Что-то рвануло Гарри за живот, как будто незримый крючок и леска потянули его лицом вперед, в темноту, где он неуправляемо завертелся, не отрывая пальца от щетки, улетая вместе с Хагридом от мистера Тонкса. Пару секунд спустя ноги Гарри с силой врезались в твердую землю, и он упал на четвереньки посреди двора «Норы». Послышалисьчьи-то крики. Отбросив ненужную больше щетку, Гарри встал, покачнулся и увидел сбегающих по ступеням заднего крыльца миссис Уизли и Джинни. Тем временем и Хагрид, тоже упавший на землю, с трудом поднялся на ноги.
  

   — Гарри? Ты настоящий Гарри? Что случилось? Где все остальные? — восклицала миссис Уизли.
   — Как? Никто еще не вернулся? — выдохнул Гарри.
   Ответ был ясно написан на побледневшем лице миссис Уизли.
   — Нас поджидали Пожиратели смерти, — сказал ей Гарри. — Мы были окружены уже на взлете: они знали о сегодняшней ночи. Что произошло с остальными, мне неизвестно. За нами гнались четверо, мы могли только попытаться удрать от них. А потом за нас взялся Волан-де-Морт…
   Он слышал в своем голосе нотку самооправдания, обращенную к миссис Уизли мольбу понять, почему он не знает, что случилось с ее сыновьями.
   — Хвала небесам, вы целы, — сказала миссис Уизли, заключая Гарри в объятия, которых он, по его мнению, не заслуживал.
   — А у тебя бренди не найдется, Молли? — спросил дрогнувшим голосом Хагрид. — Для медицинских целей, а?
   Она могла бы прибегнуть к магии, но вместо этого торопливо пошла в покосившийся дом сама, и Гарри понял: миссис Уизли не хочет, чтобы кто-то видел ее лицо. Он повернулся к Джинни, и она ответила сразу на все незаданные им вопросы.
   — Рон и Тонкс должны были вернуться первыми, но не успели к своему порталу, он возвратился без них, — сказала она, указав на валявшуюся неподалеку на земле ржавую масленку. — А вторыми вот с этим, — она ткнула пальцем в старые парусиновые туфли, — полагалось вернуться папе и Фреду. Ты и Хагрид были третьими. Джордж с Люпином, — она взглянула на часы, — если поспеют, появятся через минуту.
   Миссис Уизли вернулась с бутылкой бренди, отдала ее Хагриду. Тот вытащил пробку и выпил все разом.
   — Мам! — крикнула Джинни, указывая пальцем на место в двух шагах от нее.
   В темноте разлился синий свет, пятно его становилось все больше и ярче, затем в нем появились, вращаясь, и тут же упали Люпин с Джорджем. Гарри мгновенно понял, что что-то неладно: Люпин поддерживал потерявшего сознание Джорджа, лицо которого было залито кровью.
   Гарри подбежал к ним, взял за ноги Джорджа. Они с Люпином занесли Джорджа в дом, протащили через кухню в гостиную, уложили на софу. Когда на голову Джорджа упал свет, Джинни ахнула, а у Гарри свело желудок: Джордж лишился одного уха. Половина его головы и шея были залиты еще не подсохшей, пугающе алой кровью.
  

   Как только миссис Уизли склонилась над сыном, Люпин схватил Гарри за локоть и бесцеремонно отволок его обратно на кухню, снаружи которой Хагрид еще боролся с дверью, не пропускавшей внутрь его огромную тушу.
   — Эй! — гневно произнес Хагрид. — Отпусти его! Отпусти Гарри!
   Люпин словно и не услышал.
   — Какая тварь сидела в углу моего кабинета в Хогвартсе, когда Гарри Поттер впервые попал в него? — спросил он, слегка встряхнув Гарри. — Отвечай!
   — Э-э-э… водяной черт в большой банке, так?
   Люпин отпустил Гарри, прислонился к кухонному буфету.
   — Что за фокусы? — прорычал Хагрид.
   — Прости, Гарри, но я обязан был проверить, — сказал Люпин. — Нас предали. Волан-де-Морт знал, что мы вылетаем сегодня, а единственными, кто мог сказать ему об этом, были люди, непосредственно причастные к выполнению плана. Ты мог оказаться подставным лицом.
   — А что ж ты меня не проверяешь? — пропыхтел Хагрид, так пока и не справившийся с дверью.
   — Ты же наполовину великан, — взглянув на Хагрида, ответил Люпин. — А Оборотное зелье действует только на людей.
   — Никто из членов Ордена не сказал бы Волан-де-Морту, что мы переезжаем этой ночью, — произнес Гарри. Сама эта мысль страшила его, он не мог позволить себе проникнуться недоверием хотя бы к одному из них. — Волан-де-Морт нагнал меня лишь под самый конец пути, поначалу он не знал, который из Поттеров — я. Если бы его посвятили в план, он с самого начала знал бы, что я лечу с Хагридом.
   — Волан-де-Морт нагнал тебя? — резко переспросил Люпин. — И что произошло? Как ты уцелел?
   Гарри коротко рассказал, как гнавшиеся за ними Пожиратели смерти, по-видимому, опознали в нем настоящего Поттера, как они прервали погоню — судя по всему, чтобы призвать Волан-де-Морта, появившегося совсем незадолго до того, как он и Хагрид достигли убежища — дома родителей Тонкс.
   — Опознали? Но как? Чем ты себя выдал?
   — Я… — Гарри попытался вспомнить происшедшее; весь ночной полет казался ему теперь неразборчивой смесью паники и замешательства. — Я увидел Стэна Шанпайка… Помните, он был кондуктором в «Ночном рыцаре»? И попытался разоружить его вместо… Ну, он же не понимал, что делает, верно? Его наверняка сковали Империусом.
   Люпин пришел в ужас.
   — Гарри, время разоружать их прошло! Эти твари пытаются схватить и убить тебя! Если ты не готов убивать их, так оглушай, по крайней мере.
   — От нас было до земли метров пятьдесят! Стэн действовал не по собственной воле, а оглуши я его, он бы упал и разбился, и это было бы все равно что применить Авада кедавра! А Экспеллиармус два года назад спас меня от Волан-де-Морта, — вызывающе ответил Гарри. Люпин напомнил ему глумливого Захарию Смита из Пуффендуя, который высмеял его за попытку обучить Отряд Дамблдора разоружать врагов.
   — Конечно, Гарри, — с трудом сдерживаясь, сказал Люпин, — и множество Пожирателей смерти видело, что происходит. Извини, но в тот раз, под угрозой неминуемой смерти, твой ход был действительно весьма оригинальным. Повторять же его сегодня, на глазах у Пожирателей смерти, которые либо присутствовали при первом случае, либо слышали о нем, это было почти самоубийством!
   — Вы считаете, что мне следовало убить Стэна Шанпайка? — сердито спросил Гарри.
   — Разумеется, не считаю, — ответил Люпин, — однако любой Пожиратель смерти — да, если честно, просто любой человек — ожидал бы, что ты ответишь ударом на удар. Экспеллиармус — заклинание полезное, Гарри, но Пожиратели, похоже, считают его твоим фирменным приемом, и я тебя очень прошу, постарайся, чтобы оно им не стало!
   Гарри уже ощущал себя круглым дураком, но все-таки не сдавался.
   — Я не стану убивать людей только за то, что им случилось преградить мне путь, — заявил он. — Этим пусть занимается Волан-де-Морт.
   Ответа Люпина он не услышал — Хагрид, наконец пролезший в дверь, подошел к одному из стульев, сел, и стул тут же развалился. Не обращая внимания на его ругань, перемешанную с извинениями, Гарри спросил у Люпина:
   — С Джорджем все обойдется?
   При этом вопросе недовольство Люпина поступком Гарри словно испарилось.
   — Думаю, да, хотя ухо, оторванное заклятием, восстановить невозможно…
   Снаружи донесся громкий шум. Люпин метнулся к задней двери, и Гарри, перескочив через ноги Хагрида, тоже выскочил во двор.
   На дворе появились двое. Гарри, еще подбегая к ним, понял, что это Гермиона, к которой уже вернулся ее обычный облик, и Кингсли — оба крепко держались за погнутые одежные плечики. Гермиона бросилась в объятия Гарри, а вот Кингсли никакого удовольствия при виде друзей не выказал. Гарри увидел поверх плеча Гермионы, как он, поднявсвою палочку, наставил ее в грудь Люпина.
  

   — Какие самые последние слова услышали мы с тобой от Альбуса Дамблдора?
   — «Гарри — главная наша надежда, доверяйте ему», — спокойно ответил Люпин.
   Кингсли обратил палочку к Гарри, однако Люпин сказал:
   — Это он, я проверил!
   — Ладно, хорошо, — произнес Кингсли, пряча палочку под мантию. — Но ведь кто-то же нас предал! Они знали, знали о сегодняшней ночи!
   — Похоже, что так, — ответил Люпин, — только не знали, судя по всему, что Поттеров будет семь.
   — Утешение невеликое! — прорычал Кингсли. — Кто еще возвратился?
   — Только Гарри, Хагрид, Джордж и я.
   Гермиона, стараясь приглушить тихий стон, прикрыла рот ладонью.
   — Что с вами произошло? — спросил у Кингсли Люпин.
   — Пять преследователей, двое ранены, один, возможно, убит, — быстро отрапортовал Кингсли. — Кроме того, мы видели Сам-Знаешь-Кого, он присоединился к погоне на полпути, но очень скоро исчез. Римус, он умеет…
   — Летать, — вставил Гарри. — Я тоже видел его, он напал на нас с Хагридом.
   — Так вот почему он нас бросил — чтобы погнаться за вами! — воскликнул Кингсли. — А я-то понять не мог, куда он подевался. Но что заставило его сменить цель?
   — Гарри слишком доброжелательно обошелся со Стэном Шанпайком, — пояснил Люпин.
   — Стэном? — удивилась Гермиона. — Я думала, он в Азкабане.
   Кингсли издал безрадостный смешок.
   — Гермиона, там явно произошел массовый побег, о котором Министерство помалкивает. Когда я ударил заклятием в одного из Пожирателей, с него сорвало капюшон, и это оказался Трэверс, а ведь его тоже считают сидящим в тюрьме. А что было с тобой, Римус? Где Джордж?
   — Лишился уха, — ответил Люпин.
   — Лишился? — тонким голосом переспросила Гермиона.
   — Снегг постарался, — сказал Люпин.
   — Снегг? — вскрикнул Гарри. — Вы не говорили…
   — Во время погони с него тоже слетел капюшон. Да и Сектумсемпра всегда была любимым оружием Снегга. Я и хотел бы сказать, что отплатил ему той же монетой, но у меня все силы уходили на то, чтобы удерживать Джорджа на метле: после ранения он потерял очень много крови.
   Все четверо замолчали, вглядываясь в небо. Никаких признаков движения в нем не было — звезды смотрели вниз, немигающие, равнодушные, не заслоняемые летящими друзьями. Где Рон? Где Фред и мистер Уизли? Где Билл, Флер, Тонкс, Грозный Глаз Грюм и Наземникус?
   — Гарри, помоги! — хрипло позвал Хагрид из двери, в которой он снова застрял. Довольный тем, что для него нашлось дело, Гарри вытянул Хагрида наружу и прошел через пустую кухню в гостиную, где миссис Уизли и Джинни продолжали хлопотать вокруг Джорджа. Кровотечение миссис Уизли остановила, и в свете лампы Гарри увидел там, где прежде находилось ухо, чистую, зияющую дыру.
   — Как он?
   Миссис Уизли, обернувшись, ответила:
   — Заново отрастить ухо, отнятое черной магией, я не способна. Но могло быть гораздо хуже… Ведь он жив.
   — Да, — отозвался Гарри. — Слава Богу.
   — Я слышала во дворе шум, — сказала Джинни. — Вернулся кто-то еще?
   — Гермиона и Кингсли, — ответил Гарри.
   — Слава Богу, — прошептала Джинни. Они взглянули друг на друга. Гарри захотелось обнять ее, прижать к себе, ему не помешало бы и присутствие миссис Уизли, но преждечем он успел поддаться порыву, с кухни донесся какой-то грохот.
   — Я докажу мою подлинность, Кингсли, после того, как увижу сына, а теперь отойди, тебе же лучше будет!
   Гарри никогда еще не слышал от мистера Уизли столь резких слов. Тот ворвался в гостиную — лоб блестит от пота. По пятам за ним следовал Фред. Оба были бледны, но невредимы.
  

   — Артур! — всхлипнула миссис Уизли. — Слава тебе Господи!
   — Как он?
   Миссис Уизли опустилась рядом с Джорджем на колени. Впервые за все время знакомства с Фредом Гарри увидел, что тот не может вымолвить ни слова. Фред стоял за спинкой софы, смотрел на рану брата и, похоже, не мог поверить в увиденное.
   Джордж, разбуженный, вероятно, появлением отца и брата, пошевелился.
   — Как ты себя чувствуешь, Джордж? — прошептала миссис Уизли.
   Пальцы Джорджа ощупали висок и дыру рядом с ним.
   — Как слизняк, — пробормотал он.
   — Что с ним? — хрипло спросил явно ужаснувшийся Фред. — У него задет мозг?
   — Как слизняк, — повторил Джордж и, открыв глаза, взглянул на брата. — Сам же видишь… Слизняк. Улитка без раковины, Фред. Дошло?
   Миссис Уизли зары...