Страница 1 из 58

   Джоан Роулинг
   Гарри Поттер и Дары Смерти
   Посвящается семерым:
   Нилу, Джессике, Дэвиду, Кензи, Ди, Анне
   и вам, если вы оставались верны Гарри до самого конца.
   J.K.R.
   ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
   Семь книг о приключениях Гарри Поттера и его друзей из школы волшебников «Хогвартс» уже, наверное, не нуждаются в рекламе — все и так про них знают. Однако качество книг зарубежных авторов всецело определяется качеством перевода. Ведь плохой перевод способен испортить даже прекрасную книгу.
   В основе данного текста лежит перевод «Гарри Поттера» от РОСМЭН, но с моим редактированием, исправляющим многочисленные ошибки росмэновского издания. Собственно потому, что перевод от РОСМЭН был очень плох, в интернете появились другие русскоязычные варианты этой книжки. Более подробно про различные переводы и про недостатки текста от РОСМЭН изложено в предисловии к первой книге.
   Итак, перед вами последняя книга из этого семитомника.
   Приятного чтения.

   Игорь Шенин
   (последняя редакция 31 августа 2019)

   PS:В качестве иллюстраций для семитомника взяты кадры из одноимённого фильма киностудии Warner Bros. Pictures. Иллюстраций много — около сотни в каждой книге. Однако книги и фильмы сильно разнятся, поэтому слишком часто приходилось пользоваться графическим редактором…

   PPS:В тексте наличествует множество заклинаний. Вот их перечень:

   Авада кедавра — смертельное заклятие.
   Авис — создаёт стаю птичек.
   Агуаменти — производит воду.
   Акцио — притягивает к себе предметы.
   Алохомора — отпирает замки.
   Анапнео — прочищает дыхательные пути.
   Апарекиум — обнаруживает невидимые чернила.
   Ваддивази — заставляет предмет лететь в противника.
   Вингардиум левиоса — левитационное заклятие.
   Глиссео — превращает ступени в покатую горку.
   Гомениум ревелио — обнаружение человека.
   Дантисимус — быстрый рост передних зубов.
   Делетриус — расщепляет или удаляет объекты.
   Депримо — убирает, ломает препятствие.
   Десцендо — опускает, роняет предметы.
   Дефодио — расширяет отверстия.
   Джеминио — создаёт копию вещи.
   Диссендиум — открывает скрытый в статуе вход.
   Диффиндо — заклятие ножниц, разрезает ткань.
   Дуро — превращает предметы в камень.
   Импедимента — заклятие помех (затормаживает или отбрасывает объект).
   Импервиус — водоотталкивающее заклятие.
   Империо — Империус (подвластие) управляет противником.
   Инкарцеро — связывает противника верёвками.
   Инсендио, экспеллимеллиус — поджигает объект.
   Каве инимикум — делает объект невидимым сверху.
   Квиетус — выключает действие Сонорус.
   Коллопортус — запечатывает двери.
   Конфринго, экспульсо — взрывает объект.
   Конъюнктивитус — ослепляет противника.
   Конфундо — Конфундус (дезориентация) сбивает человека с толка.
   Круцио — Круциатус (пытка) мучает противника.
   Левикорпус — подвешивает противника вниз головой.
   Легилименс — проникновение в сознание.
   Либеракорпус — выключает действие Левикорпус.
   Локомотор — передвигает предметы.
   Локомотор мортис — склеивает ноги противника.
   Лэнглок — язык противника прилипает к нёбу.
   Люмос — вызывает свет из палочки.
   Маффлиато — противник перестаёт слышать.
   Метео реканто — останавливает атмосферные осадки.
   Мобилиарбус, мобиликорпус — перемещение конкретных предметов по воздуху.
   Мортмордре — создаёт чёрную метку.
   Нокс — выключает действие Люмос.
   Обливиэйт — стирает память.
   Обскур — завязывает глаза.
   Оппуньо — заставляет животных атаковать противника.
   Орхидеус — создаёт букет орхидей.
   Петрификус тоталус — парализует противника.
   Пиертотум локомотор — заставляет двигаться статуи и доспехи.
   Портус — активирует портал.
   Приори инкантатем — показывает последние заклинания волшебной палочки.
   Протего — щитовое заклинание.
   Редукто — разбивает предмет.
   Редуцио — уменьшает объект.
   Релашио — освобождение объекта от чего-то удерживающего.
   Реннервейт — приводит в сознание.
   Репаро — восстанавливает разбитое.
   Ридикулус — заклинание против боггарта.
   Риктусемпра — заклинание щекотки.
   Сектумсемпра — ранит как мечом.
   Серпенсортиа — создаёт змею.
   Силенцио — заклятие немоты.
   Сонорус — увеличивает громкость голоса.
   Ступефай — парализует противника.
   Таранталлегра — ноги противника пускаются в безудержный пляс.
   Тергео, эскуро — очищающие заклятия.
   Ферула — накладывает шину на поврежденную конечность.
   Финита, фините инкантатем — прекращает действия заклинаний.
   Флагрейт — помечает предмет светящимся крестом.
   Фурункулюс — вызывает на теле противника нарывы.
   Эванеско — исчезновение объекта.
   Экспекто патронум — создаёт патронус.
   Экспеллиармус — разоружает противника.
   Экспеллимеллиус, инсендио — поджигает объект.
   Экспульсо, конфринго — взрывает объект.
   Энгоргио — увеличивает предмет.
   Эпискей — прекращает кровотечение, вправляет кости.
   Эскуро, тергео — очищающие заклятия.

   Глава 1
   ВОЗВЫШЕНИЕ ТЕМНОГО ЛОРДА
   Эти двое появились на узкой, освещенной луной тропе из ниоткуда, оба на пару секунд замерли, целясь друг в друга волшебными палочками, а затем, когда каждый понял, кто перед ним, убрали палочки под мантии и торопливо двинулись в одном направлении.
   — Есть новости? — спросил тот, что был выше ростом.
   — Самые лучшие, — ответил Северус Снегг.
   Вдоль тропы росли слева низкие кусты дикой ежевики, а справа — высокая ухоженная живая изгородь. Длинные мантии мужчин колыхались, заплетаясь вокруг лодыжек.
   — Я уж боялся, что опоздаю, — сказал Яксли, грубое лицо которого то освещалось светом луны, пробивавшимся между нависшими над тропой ветвями, то снова погружалосьво тьму. — Дорога оказалась труднее, чем я ожидал. Впрочем, надеюсь, он будет доволен. Вы и вправду думаете, что прием нас ожидает хороший?
   Снегг кивнул, однако в подробности вдаваться не стал. Они повернули направо, на широкую подъездную дорожку, в которую уперлась тропа. Живая изгородь, повернувшая вместе с ними, вскоре оборвалась у высоких кованых ворот, преградивших двум мужчинам путь. Однако они не замедлили шага: оба молча подняли в подобии приветствия левые руки и прошли сквозь темный, словно обратившийся перед ними в дымку тумана металл.
   Теперь звуки их шагов заглушались тянувшимися по обеим сторонам дорожки густыми тисами. Справа послышалось какое-то шуршание. Яксли снова извлек из-под мантии палочку, повел ею над головой своего спутника, но источником шума оказался всего лишь белый павлин, величаво вышагивавший по тисовой изгороди.
   — А он всегда умел недурно устраиваться, наш Люциус. Павлины… — фыркнул Яксли, пряча под мантию палочку.
   В конце прямой дорожки вырос из темноты большой, красивый дом с мерцавшим в ромбовидных окнах первого этажа светом. Где-то в темном парке журчал за тисовой изгородью фонтан. Гравий похрустывал под ногами Снегга и Яксли, торопливо шагавших к парадным дверям, которые при их приближении распахнулись будто сами собой.
   Почти весь каменный пол просторного, тускло освещенного и прекрасно убранного вестибюля покрывал толстый ковер. Снегг и Яксли пересекли его, провожаемые взглядами бледных людей, изображенных на висевших по стенам портретах. Двое мужчин на миг остановились, замявшись, у тяжелой деревянной двери, ведущей в следующую комнату, затем Снегг повернул бронзовую ручку.
   Гостиную заполняли безмолвные люди, сидевшие за длинным, пышно изукрашенным столом. Вся прочая мебель была бесцеремонно сдвинута к стенам. Освещало гостиную пламя, ревевшее в мраморном камине, над которым висело большое зеркало в резной золоченой оправе. Снегг и Яксли немного помедлили на пороге. Глаза их, постепенно привыкавшие к тусклому освещению, были прикованы к самой странной из особенностей этой комнаты: к безжизненному, судя по всему, человеческому телу, которое висело вниз головой над столом и медленно кружилось, словно на невидимой веревке, отражаясь и в зеркале, и в полированной поверхности стола. Никто из сидевших за столом на тело не смотрел, кроме бледного юноши, расположившегося почти прямо под ним. Похоже, он не мог удержаться от того, чтобы примерно раз в минуту не бросить на него взгляд.
   — Яксли, Снегг, — произнес высокий, звонкий голос того, кто сидел во главе стола. — Еще немного, и вы опоздали бы.
   Сказавший это сидел перед самым камином, отчего двум вошедшим в гостиную мужчинам было поначалу трудно различить что-либо, кроме общего его силуэта. Однако по мереих приближения лицо его выступало из мрака — голое, змееподобное, с узкими прорезями вместо ноздрей и блестящими красными глазами с вертикалями зрачков. Он был настолько бледен, что казался светящимся, точно жемчуг.
   — Северус, сюда! — приказал Волан-де-Морт, указывая на кресло справа от себя. — Яксли, рядом с Долоховым.
   Двое мужчин заняли названные им места. Большинство сидевших за столом провожали глазами Снегга — к нему первому и обратился Волан-де-Морт:
   — Итак?
   — Мой Лорд, Орден Феникса намеревается перевести Гарри Поттера из нынешнего его укрытия в субботу, при наступлении вечера.
  

   Это известие пробудило в сидевших вокруг стола интерес почти осязаемый: одни замерли, другие заерзали — и все не отрывали глаз от Снегга и Волан-де-Морта.
   — В субботу… при наступлении вечера… — повторил Волан-де-Морт. Красные глаза его вглядывались в черные глаза Снегга с такой неистовой силой, что некоторые из смотревших на них предпочли отвести взгляды, опасаясь, похоже, обратиться под ее воздействием в пепел. Снегг, однако же, смотрел в лицо Волан-де-Морта спокойно, и спустя секунду-другую безгубый рот его господина искривился в подобии улыбки. — Хорошо. Очень хорошо. И сведения эти получены…
   — Из источника, о котором мы с вами говорили, — сказал Снегг.
   — Мой Лорд, — Яксли склонился над длинным столом, вглядываясь в Волан-де-Морта и Снегга. Все повернулись к нему. — Я слышал иное, мой Лорд.
   Яксли замолк, ожидая ответа, однако Волан-де-Морт не произнес ни слова, и Яксли продолжил:
   — Долиш, мракоборец, обмолвился мимоходом, что Поттер не стронется с места до тридцатого, до вечера, который предшествует его семнадцатилетию.
   Снегг улыбнулся:
   — Мой источник сообщает, что существует несколько планов, направленных на то, чтобы сбить нас с толку. Полагаю, это один из них. На Долиша наверняка наложено заклятие Конфундус. И уже не впервые; давно известно, что он легко поддается этому заклятию.
   — Уверяю вас, мой Лорд, Долиш говорил с полной уверенностью, — сказал Яксли.
   — При таком заклятии это вполне естественно, — отозвался Снегг. — Уверяю вас, Яксли, Мракоборческий центр уже не имеет никакого отношения к защите Гарри Поттера.Орден считает, что в Министерстве полным-полно наших агентов.
   — В кои-то веки и Орден оказался прав, а? — произнес сидевший неподалеку от Яксли коренастый мужчина и издал хриплый смешок, эхом раскатившийся вдоль стола.
   Волан-де-Морт даже не усмехнулся. Он возвел взгляд к телу, медленно вращавшемуся над столом, и, казалось, погрузился в раздумья.
   — Мой Лорд, — продолжал Яксли, — Долиш уверен в том, что для перемещения мальчишки будут задействованы все силы мракоборцев…
   Волан-де-Морт поднял большую белую ладонь, и Яксли смолк — ему осталось лишь с обидой смотреть, как его хозяин снова обращается к Снеггу:
   — Где они собираются спрятать мальчишку теперь?
   — В доме одного из членов Ордена, — ответил Снегг. — Согласно моему источнику, это место ограждено всеми средствами защиты, какие имеются в распоряжении Ордена иМинистерства. Думаю, мой Лорд, надежды взять его там у нас практически нет. Если, конечно, Министерство не падет до следующей субботы, что даст нам возможность найтидом и ослабить защиту, тогда мы сможем прорваться внутрь.
   — Ну, Яксли, — спросил Волан-де-Морт, в глазах которого причудливо играли блики от огня в камине, — успеет ли Министерство пасть до следующей субботы?
   И снова все повернулись к Яксли. Тот расправил плечи:
   — Мой Лорд, на этот счет у меня есть хорошие новости. Мне удалось, хоть и ценой огромных усилий, наложить заклятие Империус на Пия Толстоватого.
   У многих из тех, кто сидел вокруг Яксли, округлились глаза, а его сосед, Долохов, мужчина с длинным, кривым лицом, хлопнул Яксли по спине.
   — Хорошее начало, — сказал Волан-де-Морт. — Однако Толстоватый всего лишь один человек. Прежде чем я вступлю в игру, необходимо окружить Скримджера нашими людьми. Даже одна неудавшаяся попытка покушения на жизнь министра сильно отбросит меня назад.
   — Да, мой Лорд, это верно, но вы же знаете, Толстоватый возглавляет Отдел обеспечения магического правопорядка и постоянно контактирует не только с министром, но ис главами всех прочих отделов Министерства. Я думаю, что теперь мы, получив контроль над чиновником столь высокого ранга, сможем подчинить себе и других, а они совместными усилиями свалят Скримджера.
   — Если только нашего друга Пия не разоблачат до того, как он завербует всех остальных, — сказал Волан-де-Морт. — В любом случае вероятность того, что Министерствостанет моим до следующей субботы, мала. И если мы не сможем достать мальчишку в его новом укрытии, придется сделать это, когда он будет перебираться туда.
   — Тут у нас имеется преимущество, мой Лорд, — заявил Яксли, решивший, похоже, любой ценой добиться хоть какой-нибудь похвалы. — В Отдел магического транспорта ужевнедрено несколько наших агентов. Если Поттер трансгрессирует или попытается воспользоваться Сетью летучего пороха, мы узнаем об этом сразу.
   — Он не сделает ни того ни другого, — сказал Снегг. — Орден остерегается любого вида транспорта, находящегося в ведении или под контролем Министерства, да и вообще не доверяет ничему, что хоть как-то с ним связано.
   — Тем лучше, — сказал Волан-де-Морт. — Ему придется передвигаться в открытую. А значит, нам будет легче взять его. — И, снова подняв взгляд к медленно вращавшемуся телу, он продолжил: — Я займусь мальчишкой лично. Во всем, что связано с Гарри Поттером, допущено слишком много промахов. Некоторые из них были моими. Мальчишка живблагодаря скорее моим ошибкам, чем собственным победам.
   Теперь те, кто сидел вокруг стола, вглядывались в Волан-де-Морта со страхом, поскольку каждый опасался услышать обращенные именно к нему обвинения в том, что Гарри Поттер все еще жив. Однако Волан-де-Морт, казалось, разговаривал скорее с собой, чем с ними, по-прежнему глядя на безжизненное тело, висевшее над столом.
   — Я был небрежен и потому позволял препятствовать мне чужой удаче и глупому случаю, которые способны срывать исполнение даже наилучших планов. Теперь я понимаю то, чего не понимал прежде. Я должен стать тем, кто убьет Гарри Поттера, и я им стану.
   Будто в ответ на эти слова внезапно раздался вопль — страшный, протяжный крик страдания и боли. Многие из сидевших за столом испуганно уставились в пол, поскольку звук этот исходил из-под их ног.
   — Хвост, — сказал Волан-де-Морт все так же негромко и задумчиво, по-прежнему не отрывая взгляда от тела над столом, — разве я не говорил тебе, что наш пленник должен вести себя тихо?
   — Да, м-мой Лорд, — выдохнул маленький человечек, сидевший в середине стола, съежившись в своем кресле так, что оно казалось на первый взгляд пустующим. Он сполз напол и торопливо выскочил из комнаты, оставив за собой странное серебристое свечение.
   — Как я уже сказал, — продолжал Волан-де-Морт, обводя взглядом застывшие лица своих приспешников, — теперь мне многое стало ясно. Например, прежде чем я отправлюсь убивать Поттера, мне придется позаимствовать у одного из вас палочку.
   На всех лицах отразилось только одно — ужас, как будто он объявил, что хочет позаимствовать чью-то руку.
   — Добровольцы отсутствуют? — осведомился Волан-де-Морт. — Ну что же… Люциус, я не вижу причин, по которым тебе может в дальнейшем понадобиться твоя палочка.
   Люциус Малфой поднял на него взгляд. Кожа Люциуса казалась в свете камина желтоватой, восковой, запавшие глаза его были обведены чернотой. Он хрипло переспросил:
   — Мой Лорд?
   — Твою палочку, Люциус. Я хочу получить твою палочку.
   — Я…
   Малфой искоса взглянул на жену. Она, такая же бледная, как муж, смотрела прямо перед собой, длинные светлые волосы свисали ей на спину. Ее тонкие пальцы на краткий миг сжали под столом запястье Люциуса. Ощутив это прикосновение, Малфой сунул руку под мантию, вытащил палочку и протянул ее Волан-де-Морту, который поднес палочку к своим красным глазам и внимательно осмотрел.
   — Из чего она?
   — Из вяза, мой Лорд, — прошептал Малфой.
   — А внутри?
   — Драконовая… сердечная жила дракона.
   — Хорошо, — произнес Волан-де-Морт. Он достал собственную палочку, сравнил их длины.
   Люциус Малфой произвел невольное движение — на долю секунды могло показаться, что он надеется получить от Волан-де-Морта его палочку в обмен на свою. Глаза Волан-де-Морта, заметившего это движение, злобно расширились.
   — Отдать тебе мою палочку, Люциус? Мою палочку?
   За столом кто-то хихикнул.
   — Я вернул тебе свободу, Люциус. По-твоему, этого мало? Впрочем, я заметил, что и ты, и твои домочадцы в последнее время выглядите не очень счастливыми… Тебе что-то не нравится в том, что я присутствую в вашем доме, Люциус?
   — Ничего, мой Лорд, совсем ничего!
   — Какая ложь, Люциус…
   Шипение, послышавшееся в негромком голосе Волан-де-Морта, казалось, продолжалось и после того, как его жесткий рот замер. Оно становилось все громче, и один или двоеволшебников не сумели подавить охватившую их дрожь — что-то тяжелое заскользило по полу под столом.
   И вот в кресло Волан-де-Морта начала забираться огромная змея. Она поднималась и поднималась, представляясь бесконечной, пока наконец не улеглась Волан-де-Морту наплечи. Шея у нее была толщиной с бедро человека, глаза с вертикальными прорезями зрачков не мигали. Волан-де-Морт, не отрывая взгляда от Люциуса Малфоя, рассеянно погладил эту тварь длинными, тонкими пальцами.
   — Почему это вы, Малфои, выглядите недовольными своей участью? Разве вы многие годы не твердили, что жаждете моего возвращения, моего прихода к власти?
   — Разумеется, мой Лорд, — ответил Люциус Малфой. Рука, которой он отер пот со своей верхней губы, дрожала. — Мы жаждали этого и жаждем сейчас.
   Замершая слева от него супруга кивнула, странно и натужно, и перевела взгляд с лица Волан-де-Морта на змею. Справа от Люциуса его сын, Драко, то и дело поглядывавший на висевшее над ним безжизненное тело, бросил на Волан-де-Морта быстрый взгляд и отвел его в сторону, боясь встретиться со своим господином глазами.
   — Мой Лорд, — произнесла сдавленным от охвативших ее чувств голосом смуглая женщина, выглядывая из-за Нарциссы, — то, что вы здесь, в нашем поместье, честь для нас. Большей радости быть просто не может.
   Она сидела рядом с сестрой, нисколько на нее не похожая, — ни темными волосами, ни тяжелыми веками, ни осанкой, ни манерами. Нарцисса сидела прямо и бесстрастно, между тем как Беллатриса склонялась над столом к Волан-де-Морту так, точно одних только слов было мало, чтобы выразить ее желание полнейшей близости к нему.
   — Большей радости, — повторил Волан-де-Морт, немного склонив голову набок и вглядываясь в лицо Беллатрисы. — Из твоих уст, Беллатриса, такие слова значат немало.
   Лицо ее залила краска, глаза наполнились слезами счастья.
   — Мой Лорд знает, что я говорю чистую правду!
   — Большей радости быть просто не может… Даже в сравнении со счастливым событием, которое, как я слышал, произошло на этой неделе в вашей семье?
   Беллатриса, приоткрыв рот, уставилась на него в явном недоумении.
   — Я не понимаю, о чем вы говорите, мой Лорд.
   — Я говорю о твоей племяннице, Беллатриса. И о вашей, Люциус и Нарцисса. Она ведь только что вышла замуж за оборотня, за Римуса Люпина. Вы, должно быть, очень гордитесь этим.
   Все, кто сидел за столом, глумливо загоготали. Многие склонились друг к другу, обмениваясь насмешливыми взглядами, некоторые застучали по столу кулаками. Огромная змея, раздраженная этим шумом, открыла пасть и сердито зашипела, однако Пожиратели смерти ее не услышали — до того обрадовало их унижение, которому подверглись Беллатриса и Малфои. Лицо Беллатрисы, совсем недавно светившееся от счастья, ...