Страница 25 из 28

ать, что ждешь профессора Флитвика, ты же его любимица, как и многих других, кстати. А если Флитвик окажется в учительской, ты найдешь, что ему сказать. — Он заговорил писклявым голосом: — Ах, профессор Флитвик, я так волнуюсь, мне кажется, что я неправильно ответила на вопрос 14 б…
   — Ой, заткнись, — сказала Гермиона, но согласилась пойти и присмотреть за Снеггом.
   — А мы будем караулить в коридоре четвертого этажа. — Гарри повернулся к Рону. — Пошли.
   Но план не сработал. Не успели они подойти к двери, за которой находился Пушок, как неизвестно откуда появилась профессор Макгонагалл. На сей раз она своих эмоций не сдерживала.
   — Я полагаю, вы считаете, что вы куда более надежные сторожа, чем десяток заклинаний?! — громко возмутилась профессор. — Хватит этой чепухи! Если я еще раз увижу вас около этой двери или кто-то расскажет мне о том, что видел вас здесь, Гриффиндор получит еще пятьдесят штрафных очков. Да-да, Уизли, это мой собственный факультет!
   Гарри и Рон вернулись в общую гостиную Гриффиндора, и не успел Гарри сказать, что по крайней мере Снегг сейчас под присмотром, как в комнату вошла Гермиона.
   — Мне очень жаль, Гарри! — прохныкала она. — Снегг вышел из учительской и спросил меня, что я тут делаю. Я сказала, что жду Флитвика. А Снегг пошел и позвал его. И я только что от него отделалась. А пока я разговаривала с Флитвиком, Снегг ушел, и теперь я не знаю, где он.
   — Ну что ж, похоже, час пробил, не так ли? — медленно выговорил Гарри. Он был бледен, но глаза его сверкали.
   Рон и Гермиона молча уставились на него.
   — Сегодня ночью я выйду из спальни и попытаюсь первым завладеть камнем. — В голосе Гарри была отчаянная решимость.
   — Ты с ума сошел! — воскликнул Рон.
   — Ты не сможешь! — подхватила эстафету Гермиона. — После того, что тебе сказали Макгонагалл и Снегг? Да тебя же отчислят!
   — НУ И ЧТО? — выкрикнул Гарри. — Неужели вы ничего не понимаете? Если Снегг украдет камень, Волан-де-Морт вернется! Разве вы не слышали о тех временах, когда он пытался захватить власть? Тогда уже никого не выгонят из Хогвартса, потому что школы просто не будет! Волан-де-Морт сравняет ее с землей или превратит в школу темных искусств! Так что штрафные очки уже не имеют никакого значения! Допустим, вы выиграете соревнование между факультетами. И что? Волан-де-Морт оставит в покое вас и ваши семьи? Если меня поймают прежде, чем я доберусь до камня, что ж, мне придется вернуться обратно к Дурслям и там ждать, пока Волан-де-Морт найдет меня. Я просто умру позже, чем мог бы умереть, если бы ничего не предпринял сегодня, потому что я никогда не перейду на темную сторону! И потому сегодня я пойду туда, где хранится камень. И что бы вы, двое, ни сказали, меня это не остановит! Если вы помните, Волан-де-Морт убил моих родителей.
   Закончив монолог, Гарри пристально посмотрел на Рона и Гермиону.
   — Ты прав, Гарри, — через какое-то время тихим голосом откликнулась Гермиона.
   — Я использую мантию-невидимку, — заявил Гарри. — Мне повезло, что мне ее вернули.
   — Ты думаешь, мы трое под ней уместимся? — поинтересовался Рон.
   — Что значит — мы трое? — не понял Гарри.
   — Да перестань ты, — отмахнулся Рон. — Ты что, думал, мы оставим тебя одного?
   — Конечно, не оставим, — горячо подтвердила Гермиона. — Ты думаешь, тебе удастся без нашей помощи добраться до камня? А сейчас я пойду и полистаю учебники, может быть, наткнусь на полезную информацию…
   — Но если нас поймают, вас тоже исключат, — заметил Гарри.
   — Ну уж нет, — мрачно ответила Гермиона. — Флитвик сказал мне по секрету, что на его экзамене я набрала сто двадцать баллов, хотя выше сотни никому не ставят. Не думаю, что меня выгонят после такого.
   Рон промолчал — ему козырять было явно нечем.
   После ужина они, нервничая, втроем сидели в гостиной в стороне от всех. Их никто не беспокоил, ведь гриффиндорцы предпочитали не разговаривать с Гарри.
   Гермиона перелистывала свои записи, надеясь, что это поможет ей расколдовать заклинания, охраняющие камень. А Гарри и Рон молчали, обдумывая то, что им предстоит сделать.
   Постепенно комната пустела, ученики расходились спать.
   — Иди за мантией, — прошептал Рон, когда из комнаты, зевая и потягиваясь, наконец вышел Ли Джордан. Гарри метнулся наверх в темную спальню. Он вытащил из-под подушки мантию, и тут его взгляд упал на флейту, которую на Рождество подарил ему Хагрид. Гарри поспешно засунул флейту в карман — он был не в том настроении, чтобы петь, даже для Пушка. И бегом спустился в гостиную.
   — Лучше наденем мантию прямо здесь и убедимся, что она скрывает нас всех, — предложил Гарри. — Если Филч вдруг увидит, как по коридору бредет одна нога, он…
   — Что вы задумали? — донеслось из угла комнаты.
   Все трое резко повернули головы, увидев застывшего в кресле Невилла. Он держал в руках свою свободолюбивую жабу. Судя по всему, та опять попыталась улизнуть, и Невилл оказался в углу именно потому что искал ее.
   — Все в порядке, Невилл, ничего особенного, — успокоил его Гарри, поспешно пряча мантию за спину.
   Невилл внимательно посмотрел на их виноватые лица.
   — Вы снова собираетесь гулять посреди ночи, — уверенно заявил он.
   — Нет-нет-нет! — затараторила Гермиона. — Конечно же нет. Почему бы тебе не пойти спать, Невилл?
   Гарри покосился на высокие напольные часы у двери. Они больше не могли терять время, ведь возможно, что как раз в этот момент Снегг напевал Пушку колыбельную.
   — Вам нельзя отсюда уходить, — упрямо заявил Невилл. — Вас снова поймают. И у нашего факультета будет еще больше проблем.
   — Ты не понимаешь, — не выдержал Гарри. — Это очень важно.
   Но Невилл был явно настроен очень решительно.
   — Я не выпушу вас. — Он встал, загораживая собой выход в коридор. — Я… Я буду с вами драться!
   — Невилл! — взорвался Рон. — Отойди от портрета и не будь идиотом…
   — Не смей называть меня идиотом! — парировал Невилл. — Я считаю, что вы не должны больше нарушать правила! А ты, Рон, сам учил меня, что надо уметь за себя постоять!
   — Да, но ведь мы твои друзья. — Рон развел руками. — Невилл, ты не понимаешь, что ты делаешь.
   Он шагнул вперед, и Невилл выпустил из рук своего Тревора, который упал на пол и тут же скрылся в неизвестном направлении.
   — Ну тогда попробуй ударить меня! — Невилл поднял кулаки. — Я жду!
   Гарри повернулся к Гермионе.
   — Сделай что-нибудь, — в отчаянии попросил он.
   Гермиона выступила вперед.
   — Прости, Невилл, — негромко сказала она. — Мне очень-очень жаль.
   И подняла палочку.
   — Петрификус Тоталус! — воскликнула она, указывая палочкой на Невилла.
   Руки Невилла рванулись к бокам, громко хлопнув по телу. Ноги рывком соединились вместе. Невилл вытянулся и застыл, покачиваясь. А потом упал лицом вниз.
  

   Гермиона подбежала к Невиллу и перевернула его. Челюсти Невилла были крепко сжаты — говорить он не мог. Только глаза его двигались, с ужасом глядя на них.
   — Что ты с ним сделала? — прошептал Гарри.
   — Это полная парализация тела, — грустно ответила Гермиона. — О, Невилл, мне так жаль.
   — Ты нас вынудил, Невилл, у нас нет времени все тебе объяснять, — добавил Гарри.
   — Позже ты все поймешь, Невилл, — поставил точку в разговоре Рон.
   Неподвижно лежащий на полу Невилл показался им плохим предзнаменованием. Мантия надежно укрывала всех троих. Но они все равно нервничали и в окружавшей их темнотепринимали каждую статую за притаившегося Филча, а любое дуновение ветра, даже еле слышное и очень отдаленное, — за приближение Пивза.
   Не успели они подойти к самой первой лестнице, как у ее подножия нарисовалась миссис Норрис.
   — Может, пнуть ее, давно мечтал об этом, — прошептал Рон в ухо Гарри, но тот отрицательно помотал головой. Они аккуратно прокрались мимо кошки. И хотя миссис Норрисвнимательно смотрела на них своими напоминающими лампы глазами, она явно их не видела, потому ничего и не предприняла.
   Больше им пока никто не попадался. Но стоило им подойти к лестнице, ведущей на четвертый этаж, как они заметили Пивза. Напевая, он что-то делал с лежавшим на лестницековром. Судя по всему, готовил сюрприз для школьников, которые, ступив на этот ковер, должны были споткнуться и упасть.
   — Кто здесь? — внезапно спросил Пивз, когда они приблизились к нему. Его злобные черные глаза стали еще злее. — Я знаю, что ты здесь, хотя тебя не вижу. Ты дух или привидение? А может быть, школьник?
   Пивз поднялся в воздух и завис там, внимательно глядя в их сторону.
   — Надо позвать Филча, — задумчиво проговорил Пивз. — Сказать ему, что по школе шляется кто-то невидимый.
   Гарри внезапно пришла в голову идея.
   — Пивз, — произнес он хриплым шепотом. — У Кровавого Барона есть свои причины на то, чтобы быть невидимым.
   Пивз от страха чуть не упал на лестницу. Он был уже у самой земли, когда спохватился и завис, едва не касаясь ступеней.
   — Извините, ваша кровавость, господин Барон, — подобострастно заюлил он. — Я ошибся, о, я ошибся… я вас не узнал… конечно, я не мог вас увидеть, ведь вы невидимы… простите старому Пивзу его глупую шутку, прошу вас, сэр.
   — У меня тут есть дела, Пивз, — проскрипел Гарри. — Не появляйся здесь сегодня ночью.
   — Разумеется, сэр, конечно же, я так и сделаю, — испуганно пробормотал Пивз, взмывая в воздух. — Желаю вам успеха в ваших делах, господин Барон, и не буду больше васбеспокоить.
   И Пивз поспешно скрылся.
   — Гениально, Гарри! — прошептал Рон.
   Несколько секунд спустя они стояли перед дверью, ведущей в запретный коридор. Дверь была распахнута настежь.
   — Ну что ж, — спокойно произнес Гарри. — Значит, Снегг уже прошел мимо Пушка.
   Вид открытой двери напомнил всем троим о том, что их ждет впереди. Гарри повернулся сначала к Гермионе, а потом к Рону.
   — Если вы хотите уйти, я на вас не обижусь, — сказал он. — Можете взять мантию — здесь она мне уже не понадобится.
   — Не будь дураком, — посоветовал Рон.
   — Мы с тобой, — подтвердила Гермиона.
   Гарри шагнул внутрь, задев дверь. Раздался громкий скрип, и до них донесся раскатистый громоподобный рык. Пес не мог их видеть, но повернул голову в их сторону, принюхиваясь всеми тремя носами. Мантия не могла помешать ему их обнаружить.
   — Что это валяется у него под ногами? — прошептала Гермиона.
   — Похоже на арфу, — ответил Рон. — Должно быть, это Снегг ее здесь оставил.
   — Пушок засыпает, когда слышит музыку, и просыпается, когда она замолкает, — напомнил им Гарри. — Ну что, начали?
   Он поднес к губам подаренную Хагридом флейту и дунул. Гарри не умел играть на флейте, но это не имело никакого значения. При первых же звуках все шесть глаз Пушка начали закрываться. Гарри дул, не останавливаясь и едва успевая переводить дыхание. Рычание становилось все тише и постепенно стихло. Пес закачался и опустился на брюхо, а потом повалился на бок. Не было никаких сомнений в том, что он крепко спит.
  

   — Продолжай играть! — шепнул Рон, когда они сняли с себя мантию и медленно двинулись к люку, который охранял Пушок. Жаркое зловонное дыхание, вырывавшееся из трех пастей, чувствовалось все сильнее. — Думаю, мы легко откроем люк, — заверил их Рон, вставая на цыпочки и бросая взгляд за спину Пушка. — Хочешь пойти первой, Гермиона?
   — Нет, не хочу! — воскликнула та, отступая назад.
   — Хорошо. — Рон скрипнул зубами, собираясь с силами, и опасливо переступил через лапы Пушка. А потом нагнулся над люком и потянул за кольцо.
   — Что ты там видишь? — возбужденно прошептала Гермиона.
   — Ничего. Темнота. Никаких ступеней не видно, придется прыгать.
   Гарри, продолжавший играть на флейте, поднял руку и помахал, привлекая внимание Рона. А потом указал на себя.
   — Ты хочешь пойти первым? Уверен? — переспросил Рон. — Честно говоря, не знаю, как далеко нам придется лететь. Отдай флейту Гермионе, Пушок не должен проснуться.
   Гарри протянул флейту Гермионе. Прошло несколько секунд, прежде чем та поднесла ее к губам, а трехголовый монстр уже задергался и зарычал. Но как только до него донеслись звуки флейты, он снова погрузился в сон.
   Гарри переступил через Пушка и заглянул в люк, дна видно не было.
   Он пролез в дыру, крепко держась за края люка, и наконец повис на кончиках пальцев. А потом поднял глаза на Рона.
   — Если со мной что-то случится, уходите отсюда, — произнес он. — Бегите к Хагриду, чтобы тот немедленно отправил к Дамблдору сову, понятно?
   — Понятно, — кивнул Рон.
   — Надеюсь, скоро увидимся…
   И с этим словами Гарри разжал пальцы и полетел вниз. Он все летел и летел, прорезая холодный влажный воздух, а дна все не было, и вдруг…
   ПЛЮХ!
   Гарри приземлился со странным приглушенным звуком — похоже, он упал на что-то мягкое. Он сел и огляделся. Глаза его еще не привыкли к темноте, но было такое ощущение, словно он сидит на каком-то растении.
   — Все в порядке! — прокричал он, подняв голову вверх, где в вышине светился открытый люк, отсюда казавшийся размером с почтовую марку. — Можешь прыгать, тебя ждет мягкая посадка!
   Через мгновение рядом с Гарри оказался Рон.
   — Это что за штука? — первым делом спросил он.
   — Не знаю, какое-то растение, наверное, — покачал головой Гарри. — Я думаю, оно здесь специально, чтобы смягчить приземление. Давай, Гермиона!
   Доносившаяся сверху музыка смолкла. Послышался громкий лай, но Гермиона уже летела к ним и вскоре приземлилась по соседству.
   — Мы, наверное, в нескольких километрах под школой, — заметила она.
   — Это точно. Нам повезло, что здесь есть это растение, — улыбнулся Рон.
   — Повезло?! — внезапно взвизгнула Гермиона. — Да вы посмотрите на себя!
   Она вскочила на ноги и попятилась к отсыревшей стене. Сделала она это с большим трудом, потому что в тот момент, когда она приземлилась, растение сразу начало обвиваться вокруг ее лодыжек. А что касается Гарри и Рона, то длинные ползучие побеги умудрились связать их ноги так, что они даже этого не заметили.
   Гермиона успела освободиться прежде, чем растение смогло ее опутать, и теперь, прижавшись к стене, она с ужасом смотрела, как Гарри и Рон пытаются сорвать с себя стебли. Но чем больше усилий они прикладывали, тем сильнее и быстрее обвивались вокруг них змееподобные побеги.
  

   — Не двигайтесь! — приказала Гермиона. — Я знаю, что это. Это «дьявольские силки»!
   — Я ужасно рад, что это именно так называется! — прорычал Рон, стараясь помешать стеблю, пытавшемуся обвиться вокруг его шеи. — Это, конечно, нам поможет!
   — Заткнись, я пытаюсь вспомнить, как убить его! — отозвалась Гермиона.
   — Тогда побыстрее, мне уже дышать нечем! — выдавил Гарри, борясь со стеблем, обвившимся вокруг его груди.
   — Дьявольские силки, дьявольские силки, — напряженно повторяла Гермиона, морща лоб. — Что там говорила профессор Стебль? Это растение любит мрак и влажность…
   — Так разведи огонь! — крикнул Гарри, задыхаясь.
   — Да, разумеется, но что мне поджечь? Я нигде не вижу ничего деревянного, честное слово! — В голосе Гермионы слышалось отчаяние, она нервно заламывала руки.
   — ТЫ С УМА СОШЛА? — проревел Гарри. — ТЫ ВОЛШЕБНИЦА ИЛИ НЕТ?
   — Ой, верно! — Гермиона выхватила волшебную палочку и взмахнула ей, что-то шепча. Из палочки вырвалось синее пламя — такое же, каким она подпалила на матче по квиддичу одежду Снегга. Буквально через секунду Рон и Гарри почувствовали, как слабеют объятия стеблей. Растение стремилось уползти подальше от света и тепла. Судорожно извиваясь и вращаясь, охватившие их отростки поспешно размотались и наконец исчезли.
   — Как хорошо, что ты была внимательна на занятиях по травологии, Гермиона, — произнес Гарри, утирая пот с лица.
   — Ага, — поддакнул Рон. — И как хорошо, что Гарри не потерял голову в минуту опасности. «Но что мне поджечь? Я не вижу ничего деревянного…» — передразнил он Гермиону.
   — Пошли. — Гарри махнул рукой в сторону единственного каменного прохода, который вел отсюда.
   Все, что они слышали — кроме своих шагов, разумеется, — были капли воды, падающие со стен. Коридор резко пошел вниз, и Гарри вспомнил «Гринготтс». Сердце его сжалось, когда в памяти всплыли слова Хагрида о том, что, по слухам, сейфы в банке охраняют драконы. Возможно, так было и в этом месте, очень похожем на банковское подземелье. А что, если они встретят дракона, большого, взрослого дракона, хотя, признаться, и Норберта было бы достаточно…
   — Слышите? — прошептал Рон.
   Гарри прислушался. Откуда-то сверху доносилось мягкое шуршание и тихий звон.
   — Думаешь, это привидение? — спросил он Рона.
   — Не знаю… — Рон пожал плечами. — Но вообще похоже на крылья.
   Гарри задумался.
   — Там впереди свет… И я вижу, что там что-то движется, — наконец произнес он. — И чем бы это ни было, другого выхода у нас нет.
   Они дошли до конца коридора и очутились у входа в ярко освещенный зал с высоким дугообразным потолком. Зал был полон порхающих и кружащихся птиц — маленьких и ярких, как драгоценные камни. На другой стороне зала виднелась тяжелая деревянная дверь.
   — Думаешь, они нападут на нас, если мы попытаемся пройти через зал? — спросил Рон.
   — Возможно. — Гарри задумался. — На вид они не особенно опасны, но если нападут все разом… Ну что ж, другого пути нет… Я попробую…
   Гарри шумно втянул в себя воздух, закрыл голову руками и метнулся к двери. Он был готов к тому, что в любое мгновение в него вонзятся острые клювы и когти, но этого непроизошло. Гарри добежал до двери и схватился за ручку — дверь оказалась запертой.
   Убедившись, что птицы не опасны, Гарри повернулся к Рону и Гермионе и махнул им рукой.
   Они дружно тянули дверь на себя и толкали ее плечами, но даже втроем не смогли ее открыть. Не помогло даже заклинание Алохомора, которое несколько раз произнесла Гермиона.
   — И что теперь? — поинтересовался Рон.
   — Эти птицы… Они не могут быть здесь просто так, для украшения, — с умным видом заметила Гермиона.
   Они подняли головы, разглядывая порхающих у них над головами птиц — ярких, блестящих… Блестящих?
   — Это не птицы! — внезапно крикнул Гарри. — Это — ключи! Крылатые ключи! Присмотритесь повнимательнее — сами увидите. Это ключи, а значит…
   Гарри огляделся по сторонам.
   — Ну конечно, смотрите! — воскликнул он. — Метлы! Мы должны поймать нужный ключ!
   — Но их здесь сотни! — ужаснулась Гермиона.
   Рон наклонился к двери, изучая замок.
   — Нам нужен большой старинный ключ… скорее всего, серебряный, такой же, как дверная ручка.
   Они быстро оседлали метлы, поднялись вверх и оказались внутри стаи ключей. Но сколько они не пытались схватить, заколдованные ключи уворачивались, резко пикируя или набирая высоту, так что казалось, что поймать их просто невозможно.
   Однако Гарри не зря стал самым молодым ловцом за последние сто лет. У него был дар замечать вещи, которых не замечают другие. Покружив несколько минут в водовороте из разноцветных перьев, он заметил огромный серебряный ключ с помятым крылом. Было похоже, что его совсем недавно уже ловили и грубо всовывали в замок.
  

   — Вот он! — крикнул Гарри, обращаясь к остальным. — Этот большой, вот здесь… нет, вон там… с ярко-голубыми крыльями… одно крыло помято!
   Рон устремился туда, куда указывал Гарри, врезался в потолок и чуть не свалился с метлы.
   — Нам надо окружить его! — прокричал Гарри, не выпуская ключ из виду. — Рон, ты заходи сверху, а ты, Гермиона, оставайся внизу и помешай ему спуститься. Я попробую его схватить. Готовы? НАЧАЛИ!
   Рон поднялся вверх, Гермиона рванулась вниз, ключ ускользнул от них обоих, метнувшись в сторону, и Гарри устремился за ним, вытянутой рукой прижав его к стене. По залу разнеслись восторженные возгласы Гермионы и Рона.
   Они поспешно приземлились, и Гарри метнулся к двери, чувствуя, как ключ пытается вырваться из его руки. Он с силой вонзил ключ в замок, повернул его и услышал щелчок.В этот момент ключ вырвался из замочной скважины и тяжело взмыл вверх. Вид у него был очень помятый и потрепанный.
   — Готовы? — спросил Гарри, держась за дверную ручку. Рон и Гермиона кивнули, и он потянул дверь на себя.
   В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило им сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет.
   Все трое от изумления вытаращили глаза. Они ...