Страница 4 из 25

ался!
   — Гарри? — ничего не понимая, проговорил мистер Уизли. — Какой Гарри?
   Он оглядел кухню, увидел Гарри и подпрыгнул от изумления.
   — Боже мой! — воскликнул он. — Да ведь это Гарри Поттер. Счастлив тебя видеть! Рон столько нам про тебя рассказывал…
   — Сегодня ночью твои сыновья слетали в этом автомобиле за Гарри и обратно. Что ты на это скажешь? — Голос миссис Уизли крепчал.
   — Действительно? И как она, нормально? — с неподдельным интересом спросил мистер Уизли. — Я… я… — осекся он: из глаз миссис Уизли летели огненные стрелы. — Разумеется, мальчики, это очень, очень нехорошо…
  

   Миссис Уизли стала раздуваться, как большая лягушка-бык.
   — Нам здесь больше нечего делать, — прошептал Рон Гарри. — Пойдем, я покажу тебе мою комнату.
   Они быстренько покинули кухню, и по узкому коридору дошли до скособоченной лестницы, идущей наверх через весь дом. На одной лестничной площадке дверь в комнату была приоткрыта. Гарри успел заметить чьи-то яркие карие глаза, но дверь тотчас захлопнулась.
   — Это Джинни, — пояснил Рон. — Очень странно видеть ее такой робкой, потому что обычно она совершенно не затыкается.
   Прошли еще несколько пролетов и остановились у облупленной двери, на которой висела табличка: «Комната Рональда».
   Рон открыл дверь, и Гарри очутился в небольшой комнате с низким, покатым потолком, который почти касался его макушки. Гарри на миг зажмурился, ему показалось, что онвступил в огненную печь. Все в комнате пылало оттенками ярко-оранжевого: покрывало, стены, даже потолок. Приглядевшись, Гарри понял в чем дело: каждый сантиметр стареньких обоев был заклеен плакатами, на которых изображались одни и те же семь ведьм и колдунов в ярко-оранжевых плащах, в одной руке — метла, другой энергично машут приветствия.
   — Твоя любимая команда? — спросил Гарри.
   — «Пушки Педдл», — ответил Рон, махнув рукой на оранжевое покрывало, которое украшали две огромные черные буквы «П» и летящее пушечное ядро. — Девятое место в Лиге.
   Школьные учебники лежали неровными стопками в углу комнаты, рядом комиксы, почти весь сериал «Патрик Пигс, Помешанный Магл». На подоконнике залитый солнцем аквариум, полный лягушачьей икры, на нем волшебная палочка. Рядом дремлет на солнце толстая серая крыса Короста.
   Гарри переступил через колоду самотасующихся карт и выглянул в небольшое оконце. Далеко внизу у зеленой изгороди со стороны поля столпились гномы, которые один задругим проникали обратно в сад Уизли. Он повернулся к Рону, тот, явно нервничая, ожидал приговора.
   — Маловата, конечно, — сказал Рон. — Не то что твоя комната у Дурслей. И точно под закутком упыря. Он там на чердаке сидит и подвывает, да еще барабанит по трубам.
   — А по-моему, это самый прекрасный дом на свете, — улыбнувшись во все лицо, сказал Гарри.
   Уши у Рона порозовели.
   Глава 4
   «ФЛОРИШ И БЛОТТС»
   В «Норе» все было иначе, чем на Тисовой улице. Семейство Дурслей обожало покой и порядок. Дом же Уизли являл собой сущий бедлам. В нем постоянно что-то заявляло о себе: шумело, стучало, падало. Взглянув на себя первый раз в зеркало, висевшее над камином, Гарри чуть не упал в обморок: зеркало вдруг заявило ему: «Заправь сейчас же рубаху в штаны, неряха!» На чердаке обитал упырь, которому иногда казалось, что жизнь в доме течет слишком тихо и размеренно. И он принимался завывать, аккомпанируя себеударами по железным трубам. А в комнате близнецов постоянно что-то взрывалось.
   Но больше, чем воющее привидение и говорящее зеркало, Гарри поразило то, как к нему относилось семейство. Миссис Уизли каждое утро выдавала ему пару свежих носков, и в каждый приемпищи впихивала в него несколько добавок. Мистер Уизли за ужином усаживал Гарри рядом с собой и засыпал вопросами о жизни маглов. Особенно его волновали электрические приборы и работа почтовой службы.
   — Удивительно! — воскликнул он, услыхав от Гарри про телефон. — Просто невероятно, сколько всего понапридумывали маглы, чтобы как-то обходиться без волшебства!
   Спустя неделю после приезда в «Нору» Гарри получил письмо из Хогвартса. Стояло ясное солнечное утро. Мистер Уизли с женой и дочкой уже завтракали на кухне, вскоре спустились и Рон с Гарри. Увидев друзей, Джинни нечаянно смахнула со стола тарелку с овсянкой: при появлении Гарри у нее все валилось из рук. В мгновение ока она шмыгнула за миской под стол и вылезла обратно красная как рак. Сделав вид, что ничего не заметил, Гарри сел на свое место и взял тост, который протянула ему миссис Уизли.
   — Мальчики, вам письма из школы. — С этими словами мистер Уизли вручил Гарри с Роном по конверту. Конверты были одинаковые, из желтого пергамента с адресом, выведенным зелеными чернилами. — Дамблдор уже знает, что ты у нас, ничего от этого человека не скроется.
   Дверь отворилась, и на кухню вошли Фред с Джорджем, оба еще в пижамах.
   — Пришли, наконец. Это вам. — Мистер Уизли протянул и близнецам такие же конверты.
   Минут пять в кухне было тихо. Гарри и братья погрузились в чтение. В письме Гарри сообщалось, что первого сентября, как обычно, ему надо сесть на вокзале Кингс-Кросс в экспресс Лондон — Хогвартс, который и доставит его в школу. К письму прилагался список учебников для второго курса:
   «Учебник по волшебству, 2-й курс. Миранда Гуссокл
   Победа над банши. Златопуст Локонс
   Прогулки с упырями. Златопуст Локонс
   Отпуск с ведьмами. Златопуст Локонс
   Путешествие с троллями. Златопуст Локонс
   Поездка с вампирами. Златопуст Локонс
   Скитания с оборотнями. Златопуст Локонс
   Год с йети. Златопуст Локонс».
   Фред отложил свое письмо и заглянул в список Гарри.
   — Смотри-ка, и тебе нужны все книги Локонса! — воскликнул он. — Новый преподаватель защиты от темных искусств — точно поклонник Локонса. Спорим, что будет ведьма!
   Но тут Фред перехватил взгляд матушки и принялся сосредоточенно намазывать на гренку апельсиновый джем.
   — Не знаю, где мама с папой возьмут столько денег на наши школьные покупки в этом году, — через некоторое время сказал Джордж. — Пять наборов книг Локонса!
   — На чем-нибудь сэкономим, — неуверенно проговорила миссис Уизли, но вид у нее был явно озабоченный. — Школьную форму для Джинни можно купить в уцененном магазине.
   — Ты, Джинни, в этом году идешь в школу? — спросил Гарри.
   Джинни опять вспыхнула, отчего ее ярко-рыжие волосы стали казаться еще ярче, и тут же заехала локтем в масленку. К счастью, никто, кроме Гарри, этого не заметил: на кухню в эту минуту вошел Перси. Он был уже одет, на безрукавке блестел значок старосты.
   — Всем привет, — коротко бросил Перси. — Хороший сегодня день.
   Сел на единственный свободный стул и тут же вскочил как ужаленный, держа что-то в руке.
   «Наверное, щетка из перьев, чтобы сметать пыль», — подумал Гарри и вдруг заметил, что перья дышат.
   — Стрелка! — воскликнул Рон, взял из рук Перси обмякшую птицу и извлек из-под ее крыла письмо. — Наконец-то! Это ответ Гермионы. Я ей написал, что мы едем спасать Гарри от Дурслей.
   Рон понес сову к двери во двор, за которой находился насест, и стал усаживать ее. Но птица падала ему на руки, и он осторожно положил ее на доску у мойки.
   — Жалкое зрелище, — вздохнул Рон, вскрыл конверт и принялся читать:
   «Здравствуй, Рон!
   Если Гарри у вас, передай ему привет.
   Полагаю, у вас все хорошо, и надеюсь, вызволяя его, ты не совершил ничего запретного. Ведь и у тебя, и у него могут быть из-за этого неприятности. Я очень беспокоюсь о Гарри. Будь так добр, как сможешь, сообщи мне подробности. И пожалуйста, отправь с письмом другую сову. Боюсь, Стрелка еще одного полета не перенесет. Я, конечно, оченьмного занимаюсь».
   — Интересно, чем? — перебил себя Рон. — Ведь все-таки каникулы! — и продолжил чтение:
   «В ближайшую среду мы едем за учебниками и новыми книгами для второго курса. Почему бы нам не встретиться в Косом переулке?
   Напиши, как у вас дела.
   С любовью, Гермиона».

   — Прекрасная мысль! — воскликнула миссис Уизли, вытирая стол. — Мы бы тоже могли завтра поехать и все купить. А на сегодня какие у вас планы?
  

   Гарри, Рон и Фред с Джорджем собирались играть в квиддич. На вершине холма была небольшая лужайка вроде выгона, принадлежащая семейству Уизли. Лужайку со всех сторон окружали деревья, пряча ее от деревни внизу. Там они и тренировались, летая над лужайкой не очень высоко, чтобы маглы не заметили. Играли яблоками, не мячами. Залетит в деревню — никто ничего не заподозрит, яблоко — оно яблоко и есть! Упражнялись по очереди на резвой метле Гарри «Нимбус-2000». Старенькая «Комета» Рона порхала не быстрее бабочки.
   Через пять минут ребята с метлами на плечах поднялись на холм. Звали с собой Перси, но тот, как всегда, был занят. Гарри видел его только за обеденным столом. Все остальное время он не выходил из своей комнаты.
   — Знать бы, что у него на уме, — сдвинув брови, проговорил Фред. — Последнее время он так изменился. За день до твоего приезда, Гарри, он получил результаты экзаменов. Двенадцать СОВ! А он даже и бровью не повел.
   — СОВ значит «Степень Обычного Волшебства», — объяснил Джордж, заметив недоуменный взгляд Гарри. — И Билли так же учился. Не успеешь оглянуться, в семье будет еще один головастик. Стыдно людям в глаза смотреть.
   Билл — самый старший брат в семье Уизли. Он уже окончил Хогвартс и сейчас работал в отделении банка «Гринготтс» в Египте. Второй брат, окончив школу, изучал в Румынии драконов. Гарри ни того, ни другого никогда не видел.
   — Уж не знаю, где мама с папой возьмут денег на все школьные покупки в этом году, — немного помолчав, продолжал Джордж. — Пять наборов книг Локонса. Да еще Джинни идет в первый класс, ей нужна мантия, волшебная палочка и еще много чего.
   Гарри молчал, чувствуя себя неловко. Родители оставили ему целое состояние, деньги хранились на его счету в лондонском «Гринготтсе». Правда, он эти деньги мог тратить только в волшебном мире. Сикли, галлеоны и кнаты в магазинах маглов не действуют. Об этих деньгах Гарри ничего не говорил Дурслям, боялся, что их ненависть к волшебникам не распространяется на волшебное золото.* * *
   В среду миссис Уизли разбудила ребят рано утром. Проглотив каждый с полдюжины бутербродов с беконом, мальчишки натянули куртки, а миссис Уизли сняла с каминной полки цветочный горшок и заглянула в него.
   — Почти ничего не осталось, Артур, — вздохнула она. — Не забыть бы сегодня купить еще… Гарри, ты у нас гость, иди первый.
   Миссис Уизли протянула ему горшок.
   Гарри растерянно взглянул на горшок, потом на хозяев, явно что-то от него ожидавших.
   — А… а что надо сделать? — спросил он, заикаясь.
   — Он никогда еще не летал при помощи «летучего пороха», — сказал Рон. — Прости, Гарри, я совсем об этом забыл.
   — Никогда? — изумился мистер Уизли. — А как же ты в прошлом году покупал школьные принадлежности? На чем добрался до Косого переулка?
   — Приехал на метро.
   — В самом деле? — с нескрываемым восторгом воскликнул мистер Уизли. — Я слыхал, там есть эскапаторы! Или как точно…
   — Не сейчас, Артур. — Миссис Уизли явно не хотелось слушать лекцию об устройстве метрополитена. — «Летучий порох» куда быстрее. Но если ты никогда им не пользовался…
   — Все будет в порядке, мам, не волнуйся, — сказал Джордж, — мы пойдем первыми, а ты, Гарри, смотри.
   Взяв из горшка щепотку пороха, Фред шагнул в камин и бросил его в огонь. Пламя вспыхнуло, загудело, изумрудно-зеленые языки взметнулись выше человеческого роста.
   — Косой переулок, — крикнул Фред и исчез.
   — Говорить надо четко. И смотри не перепутай каминные решетки, — напутствовала Гарри миссис Уизли.
   — Что не перепутай? — занервничал Гарри.
   Тем временем руку в горшок сунул Джордж, пламя вновь загудело, и второй близнец скрылся в каминной трубе.
   — Над нами и под нами много волшебных каминов — выходов на улицы, — продолжала объяснять миссис Уизли. — И чтобы не заблудиться, надо говорить четко и ясно.
   — Успокойся, Молли, он справится. — С этими словами мистер Уизли взял немножко пороху и пошел к камину.
   — Дорогой, а вдруг он потеряется? Что мы тогда скажем его дяде и тете?
   — Они долго горевать не будут, — заверил миссис Уизли Гарри. — Разве что Дадли лопнет со смеху, что я затерялся в дымоходе.
   — Ну ладно. Пойдешь вслед за Артуром, — решила миссис Уизли. — Вступишь в камин, сразу скажи, куда лететь.
   — И руки по швам, — сказал Рон.
   — И конечно, зажмурься, в трубе полно сажи.
   — Стой смирно и ничего не бойся. Выходи, когда увидишь братьев. Не то тебя вынесет наружу не через тот камин.
   Стараясь удержать в голове все эти наставления, Гарри взял щепотку пороха и подошел к краю камина. Глубоко вздохнул и вступил в огонь. Пламя показалось ему приятным ветерком. Гарри открыл в изумлении рот, глотнул пепла и закашлялся.
   — К-ко-сой переулок, — запнувшись, проговорил он.
   Огненный вихрь завертел его волчком и понес вверх. Свист пламени оглушительно бил по барабанным перепонкам.
  

   Гарри боялся зажмурить глаза: вдруг пролетит мимо своей каминной решетки. От этого кружения зеленого вихря к горлу подступала тошнота. Ой! Что-то больно стукнуло по локтю, и Гарри еще сильнее сжался. Вихрь продолжал вращать его, струи, овевавшие щеки, становились все холоднее. Украдкой поглядывая сквозь очки, Гарри видел, как один за другим проносятся мимо расплывчатые пятна горящих каминов и примыкающие к ним части гостиных. Стали давать о себе знать и съеденные бутерброды. Гарри зажмурился, умоляя, чтобы все это побыстрее закончилось.
   Вдруг он ничком вывалился из камина на холодный пол какой-то комнаты. От удара стекла очков жалобно звякнули. Прижимая к лицу треснувшие очки, слегка пошатываясь, Гарри поднялся на ноги. Голова кружилась, он весь был вымазан в саже, ни Фреда, ни Джорджа в комнате не было.
   — Да где же это я? — прошептал Гарри, оглядывая большой, слабо освещенный зал.
   Что это волшебная лавка, сомнений нет. Но в ней никаких школьных принадлежностей. В витрине под стеклом красовались сушеная рука, заляпанная кровью, колода карт и пристально смотревший хрустальный глаз. Со стен таращились зловещие маски. А на прилавке — кошмар! — разложены человеческие кости разных форм и размеров. С потолкасвисают ржавые, заостренные инструменты для пыток. И самое неприятное — темная, узкая улочка, которую видно сквозь пыльное окно, — явно не Косой переулок.
  

   Надо уносить отсюда ноги, и чем раньше, тем лучше. Ушибленный нос все еще саднил, но сейчас это пустяки. Гарри метнулся было к входной двери и на полпути замер. К магазину приближались двое. Один из них — человек, которого Гарри, перемазанный в саже, с треснувшими очками на носу, меньше всего хотел видеть. Это был Драко Малфой.
   По левую руку Гарри заметил большой черный шкаф и, не долго думая, шмыгнул туда. Потянул на себя дверцу, оставив щелку, и в ту же секунду зазвенел звонок. Входная дверь отворилась, Драко вошел в лавку, за ним следом… ну, конечно, его отец. То же бледное остроносое лицо, холодные серые глаза.
   — Руками ничего не трогай! — приказал мистер Малфой сыну, который уже потянулся к хрустальному глазу.
   — Но ты ведь хотел купить мне подарок.
   — Я тебе обещал скоростную метлу.
   — На что она мне? Я же не играю за свою команду. В прошлом году Гарри Поттер купил себе метлу «Нимбус-2000». Получил особое разрешение от Дамблдора и стал играть за свой Гриффиндор. Как же, знаменитость! И все из-за этого дурацкого шрама на лбу, — злился Драко, разглядывая шеренгу черепов на полке. — Все считают его умником. Ах, распрекрасный Поттер! Ах, какой шрам! Какая метла!
   — Заладил свое! Ты мне уже сто раз это говорил, — рассердился мистер Малфой. — Напоминаю тебе: плохо относиться к Гарри Поттеру нельзя. Весь народ считает его героем. Ведь это из-за него не стало Темного Лорда.
   За прилавком возник сутулый человечек с сальными, зализанными назад волосами.
   — А-а, мистер Горбин…
   — Добро пожаловать, мистер Малфой! Всегда рад видеть у себя вас и вашего сына. — Голос у хозяина лавки был такой же елейный, как и волосы. — Что желаете-с? У меня есть что показать. Только что получили товар, и цены умеренные!
   — Сегодня я не покупаю, мистер Горбин, — важно произнес Малфой-старший, — а продаю.
   — Продаете? — Улыбка сползла с лица Горбина.
   — Вы, верно, слышали, Министерство проводит очередной рейд. А у меня дома…м-м… кое-что есть. И если ко мне придут, я могу оказаться в неловком положении.
   С этими словами Малфой достал из сумки свиток пергамента и поднес его к глазам лавочника. Мистер Горбин повесил на нос пенсне и просмотрел список.
   — Неужели Министерство осмелится беспокоить вас, сэр?
   Малфой скривил губы.
   — Ко мне пока не приходили. Фамилия Малфой все еще вызывает определенное уважение, но Министерство становится все надоедливее. Ходят слухи о новом законе о защитемаглов… Не сомневаюсь, за этим стоит этот болван и маглолюб Артур Уизли…
   На Гарри от таких слов накатила волна гнева.
   — …Боюсь, кое-какие яды могут показаться…
   — Конечно, конечно, сэр, — закивал головой Горбин. — Дайте подумать…
   — Папа, ты не купишь мне вот это? — перебил хозяина лавки Драко, указывая на витрину с подушечкой, на которой покоилась сушеная рука.
   — Рука Славы! — воскликнул Горбин. — Купите эту руку, вставьте в нее горящую свечу, и никто, кроме вас, не увидит ее огня. Лучший друг воров и разбойников! Сэр, у вашего сына отличный вкус!
   — Надеюсь, мой сын тянет на большее, чем вор или разбойник, — процедил мистер Малфой холодно.
   — У меня и в мыслях не было обидеть вас, это ведь только к слову пришлось, — засуетился Горбин.
   — Хотя если его оценки не улучшатся, — холодно сказал Малфой, — возможно только на это он и годится.
   — Я в этом не виноват, — вскинул голову Драко. — У всех учителей есть любимчики. Хотя бы Гермиона Грэйнджер.
   — И тебе не стыдно! — приструнил его отец. — Какая-то магловка учится лучше тебя по всем предметам!
   Малфой-младший потупился. «Ага! — подумал Гарри. — Спесь-то и с тебя можно сбить!»
   — Извечная история, — потек елейный голос Горбина. — Волшебная кровь везде ценится меньше.
   — К кому, к кому, а к моей семье это не относится, — сказал Малфой, раздувая ноздри.
   — Разумеется, сэр. — Горбин отвесил низкий поклон.
   — Тогда давайте вернемся к списку. Я очень спешу, у меня сегодня много важных дел.
   Хозяин и гость начали торг, а Драко пошел ходить по лавке. Полюбовался петлей, на которой повесили не одного преступника. Остановился у витрины с опаловым ожерельем.
   — «По преданию, ожерелье отняло жизнь у девятнадцати маглов. Осторожно. Не трогать. Проклято», — ухмыляясь, прочитал он.
   Шаги Драко приближались к шкафу, где сидел Гарри. Вот он совсем рядом, сейчас откроет дверцу. Сердце у Гарри екнуло.
   — По рукам! — донесся довольный голос мистера Малфоя из-за прилавка. — Драко, идем скорее!
   Драко поспешил прочь. Гарри вытер рукавом лоб.
   — До свидания, мистер Горбин. Завтра жду вас у себя в замке. Всего наилучшего.
   Входная дверь захлопнулась, и елейность Горбина вмиг испарилась.
   — И вам того же. Коль молва не лжет, в списке нет и половины того, что спрятано у вас в замке.
   Недовольно бормоча, Горбин скрылся в комнате за прилавком. Выждав минуту-другую (вдруг Горбин вернется), Гарри выскользнул из шкафа и, минуя зловещие витрины, благополучно вышел из лавки. Поправив на носу сломанные очки, он огляделся: темная улица, тесно заставленная лавками, которые торгуют ужасающим товаром. «Горбин и Бэрк» — самая большая лавка, напротив нее отвратительная витрина, заполненная высушенными головами. Через две двери — большая клетка, кишащая гигантскими черными пауками.
   Из темного прохода между двумя лавками за ним следили два колдуна довольно жалкого вида и о чем-то подозрительно перешептывались. Опять поправив сползавшие очки, Гарри поспешил прочь. Чувствуя себя не в своей тарелке, Гарри все же не терял надежды выбраться отсюда в целости и сохранности.
   Облупленная деревянная вывеска, косо висевшая на лавке ядовитых свеч, гласила: «Лютный переулок». Гарри это не помогло. О таком переулке он никогда не слышал. Видно, в камине он закашлялся от золы и произнес название остановки не совсем внятно.
   «Что же делать?» — подумал ...