Страница 21 из 25
ко громко фыркнул в ответ. Вырастить Арагога в чулане замка вовсе не представлялось ему невинной затеей.
Подойдя к замку, Гарри опустил мантию ниже, чтобы и ног не было видно, затем осторожно открыл скрипучие двери. Снова тихонько пересекли холл, поднялись по мраморнойлестнице и устремились по длинным переходам к гриффиндорской башне, всякий раз придерживая дыхание, когда мимо проходила бдительная охрана.
Вот наконец и гостиная, в камине огонь прогорел, и осталась только тлеющая зола. Сняв мантию-невидимку, друзья по винтовой лестнице поднялись к себе в спальню.
Рон, не раздеваясь, свалился на кровать.
Но Гарри, как ни странно, в сон не клонило. Он сел на постель, размышляя над тем, что им рассказал Арагог.
Значит, в замке все-таки прячется чудовище. Оно среди монстров что-то вроде Волан-де-Морта среди волшебников. Пауки даже боятся произносить его имя. Увы, им с Роном не удалось узнать, что оно представляет собой и как превращает людей в каменные изваяния. Хагриду тоже ничего о нем не известно.
Гарри подтянул ноги на кровать и откинулся на подушку, глядя на луну, которая светила в лицо сквозь узкое окно башни.
Что же делать дальше? Пока они всюду зашли в тупик. Реддл поймал не того. Наследник Слизерина — по-прежнему загадка. Неизвестно, кто открыл Тайную комнату: тот же человек, что в тот раз, или совсем другой. И спросить-то не у кого. Гарри улегся, все еще обдумывая слова Арагога.
Он уже стал засыпать, как вдруг его осенила мысль, от которой сон как рукой сняло. А что, если это и есть ключ к разгадке! Гарри сел на постели.
— Рон! — зашептал он в темноте. — Рон!
Проснувшись, Рон заскулил не хуже Клыка, ошалело огляделся и уставился на Гарри.
— Рон, та девушка, что умерла… Арагог сказал, что ее нашли в туалете, — зашептал Гарри, стараясь перекрыть громкий храп Невилла. — Вдруг она с тех пор так и живет втуалете? Вдруг она все еще там?
Рон протер глаза, хмуро косясь на луну. И тут до него дошло!
— Гарри, ты что, думаешь, это Плакса Миртл?
Глава 16
ТАЙНАЯ КОМНАТА
— Мы столько раз были в этом туалете, и она была через три кабинки от нас! — сокрушался Рон на следующее утро во время завтрака. — Мы могли обо всем ее расспросить.А теперь…
Найти пауков было непросто. Но сейчас добраться до убежища Миртл еще труднее. Надо миновать дозорных, надолго скрыться от бдительного ока преподавателей, иначе разговора не получится, да и туалет Плаксы Миртл расположен в двух шагах от места нападения на Джастина и Миссис Норрис. Друзья безуспешно ломали голову над неразрешимой, казалось, задачей.
Но на первом уроке Макгонагалл объявила им пренеприятную новость, и они думать забыли — впервые за эти недели — про зловещую Комнату: через неделю, первого июня начнутся экзамены.
— Экзамены? — ужаснулся Симус Финниган. — У нас еще будут экзамены?
За спиной Гарри что-то грохнуло. Невилл Долгопупс выронил волшебную палочку, и одной из ножек его стола как не бывало. Взмахом палочки профессор Макгонагалл привела стол в порядок и повернулась к Симусу.
— Если школа до сих пор не закрыта, так только для того, чтобы вы не остались неучами, — сказала она строго. — Экзамены состоятся как обычно, и я надеюсь, что вы будете усердно готовиться.
Усердно готовиться! Гарри и помыслить не мог об экзаменах. Класс зашумел, и профессор Макгонагалл, сурово нахмурилась.
— Я хочу подчеркнуть: профессор Дамблдор предписал соблюдать заведенные порядки, разумеется, насколько возможно. А это включает проверку усвоенных за год знаний.
Гарри грустно смотрел на двух белых кроликов, которых требовалось превратить в комнатные туфли. Какие знания он усвоил за год? Что будет говорить на экзаменах? У Рона был такой вид, словно он получил приказ немедля поселиться в Запретном лесу.
— Ты только представь, как я сдаю экзамены вот с этим. — Он показал Гарри свою увечную волшебную палочку, которая как раз в этот миг задребезжала и издала свист.
За три дня до экзаменов профессор Макгонагалл сделала за завтраком еще одно объявление.
— У меня хорошие новости, — начала она, и притихший было Большой зал взорвался криками.
— Дамблдор возвращается! — шумно обрадовались многие.
— Поймали наследника Слизерина! — воскликнула какая-то девушка за столом Когтеврана.
— Матчи по квиддичу возобновляются! — вопил Вуд.
— Профессор Стебль известила меня, — продолжала Макгонагалл, когда гвалт стих, — что мандрагоры наконец-то созрели и готовы к употреблению. Уже вечером мы сможем вернуть к жизни всех претерпевших заклятие Оцепенения. Хочу вам напомнить, что одна из жертв, по-видимому, знает, кто именно на них напал. Горячо надеюсь, что этот кошмарный год успешно завершится поимкой преступника.
Зал радостно зашумел. Гарри не удержался и бросил взгляд на слизеринцев: Драко Малфой не спешил присоединиться к общему ликованию. А вот у Рона лицо первый раз за много дней озарилось улыбкой.
— Может, нам и не придется расспрашивать Миртл! — сказал он Гарри. — У Гермионы наверняка есть ответы на все вопросы. Ох, что с ней будет! Экзамены через три дня, а она не готовилась! Я бы на их месте не стал ее оживлять, подождал, пока экзамены кончатся!
Подошла Джинни и села рядом с Роном. Вид у нее был растерянный, даже нервный. Гарри обратил внимание, что она с такой силой стиснула руки, что пальцы у нее побелели.
— Что с тобой? — спросил Рон, накладывая себе еще овсянки.
В ответ Джинни лишь с тоскливым страхом оглядела их стол. Выражение ее лица кого-то напомнило Гарри, но он никак не мог вспомнить, кого.
— Выкладывай, что у тебя, — произнес Рон с набитым ртом.
Гарри вдруг сообразил, на кого походит сейчас Джинни. Сидя в кресле, она слегка раскачивалась — точь-в-точь Добби, раздираемый сомнениями, сказать или не сказать известный ему одному секрет.
— Мне надо с вами поговорить, — прошептала она смущенно, избегая смотреть на Гарри.
— Ну, так говори, — подбодрил ее Гарри. Но Джинни как будто не могла найти нужных слов.
— Мы слушаем! — Рон начинал терять терпение.
Джинни открыла рот, но не произнесла ни звука. Гарри наклонился к ней и, понизив голос, чтобы слышали только она с Роном, сказал:
— Ты про Тайную комнату? Что-нибудь видела? Кто-то странно себя ведет?
Джинни глубоко вздохнула, и в этот миг к ним подошел усталый, осунувшийся Перси Уизли.
— Ты уже поела, Джинни? Тогда я сяду на твое место. Умираю от голода. Я только что с дежурства.
Джинни подскочила, словно ее кресло на секунду превратилось в электрический стул, бросила на Перси быстрый, испуганный взгляд и убежала прочь. Перси сел и взял со стола большую кружку.
— Перси! — рассвирепел Рон. — Она как раз собиралась сообщить нам что-то очень важное!
Застигнутый этими словами посреди изрядного глотка чая, Перси чуть не захлебнулся.
— Интересно, что она хотела сказать? — закашлялся он.
— Я спросил, не видела ли она что-нибудь необычное, она уже открыла рот…
— Это… м-м… вряд ли связано с Тайной комнатой, — перебил его Перси.
Рон удивленно поднял брови:
— Тебе что-то известно?
— Нет, но… Если уж зашла речь о секретах… Джинни… Мы с ней тут столкнулись… Недавно… Когда я — ну, ты не подумай, — короче, дело в том, что она видела меня, когда я не совсем обычно себя вел. И я попросил ее никому об этом не говорить. Судя по всему, она сдержала слово. Но это сущий пустяк, правда…
Гарри никогда еще не видел Перси таким смущенным.
— Что же ты такое делал, Перси? — лукаво улыбнулся Рон. — Открой нам свой секрет, мы не будем смеяться…
Но Перси, как всегда, оставался серьезным.
— Дай мне, пожалуйста, вон ту булочку, Гарри. Я страшно хочу есть…
Гарри понимал, все тайны могут завтра раскрыться и без их с Роном помощи, и все-таки решил поговорить с Плаксой Миртл, если представится случай. К его радости, случай представился. После полудня Златопуст Локонс сопровождал их на историю волшебства.
Локонс, сто раз на день повторявший, что опасности больше нет (это как раз могло свидетельствовать об обратном), был искренне убежден, что платит непомерную цену за дежурства и другие охранные меры: волосы у него были не завиты и золотом не отливали — еще бы, ведь он полночи провел на ногах, патрулируя пятый этаж.
— Помяните мое слово, — начал он, когда класс свернул за угол, — первое, что скажут ожившие изваяния: «Это был Хагрид». Говоря откровенно, я поражаюсь, почему профессор Макгонагалл до сих пор не отменила эти обременительные меры безопасности.
— Полностью согласен с вами, сэр, — поддакнул Гарри, отчего Рон в изумлении выронил книги.
— Спасибо, Гарри, — поблагодарил Локонс и остановил гриффиндорцев, пропуская длинную колонну пуффендуйцев.
— К чему все эти ночные бдения, прогулки с учениками между уроками, у преподавателей и без того хватает дел! Излишняя предосторожность!
— Вы совершенно правы, сэр, — кивнул Гарри, и тут Рон смекнул, что к чему.
— Почему бы, сэр, вам прямо сейчас не отказаться от этой чепухи? — сказал он. — Осталось всего-то пройти один коридор…
— А ты знаешь, Уизли, я, пожалуй, последую твоему совету, — решил Локонс. — Мне надо пойти подготовиться к следующему уроку.
И Локонс поспешно удалился.
— Подготовиться к уроку! — хмыкнул ему вслед Рон. — Волосы пошел завивать…
Сделав вид, что ищут что-то в карманах, друзья подождали, пока класс их обгонит, повернули обратно и стремглав бросились к туалету Плаксы Миртл. Все пока шло как по маслу.
— Поттер! Уизли! Что вы здесь делаете? — это была профессор Макгонагалл, и ее губы были сжаты в тончайшую из тонких линий.
— Мы тут… Мы это… — замялся Рон. — Мы собирались пойти…
— Повидать Гермиону, — пришел другу на помощь Гарри.
И Рон, и профессор Макгонагалл взглянули на него с нескрываемым удивлением.
— Мы ее не видели сто лет, профессор, — наступив Рону на ногу, продолжал как ни в чем не бывало Гарри. — И решили потихоньку сбегать в больничное крыло… Поймите, мандрагоры уже поспели… и… стало спокойнее…
Профессор Макгонагалл какое-то время внимательно глядела на него, и на мгновение Гарри подумал, что она вот-вот взорвется. Но когда Макгонагалл заговорила, то ее голос был на удивление тихим и взволнованным.
— Да… разумеется… я понимаю, как это тяжело друзьям… Конечно, Поттер, конечно, пойдите навестить мисс Грэйнджер. Я извещу профессора Бинса о причине вашего отсутствия. Скажите мадам Помфри, что я разрешила… — И на ее всегда строгие глаза, к изумлению Гарри, навернулись слезы.
С трудом веря, что удалось избежать неприятностей, Гарри с Роном свернули за угол и отчетливо услышали, как профессор Макгонагалл, шмыгнув носом, высморкалась.
— Здорово! — произнес Рон с чувством. — Лучше ты еще ничего не выдумывал!
И друзья — что еще оставалось — зашагали в больничное крыло, постучали в дверь и сказали мадам Помфри, что профессор Макгонагалл позволила им навестить Гермиону.
Мадам Помфри пустила их, правда с большой неохотой.
— Какой смысл навещать оцепеневших, — проворчала она.
И друзья, присев возле Гермионы, признали ее правоту. Гермиона не подавала ни малейших признаков жизни и, конечно, не сознавала, что у нее гости. Сказать ей, что совсем скоро все будет хорошо, — все равно что говорить с ее тумбочкой.
— Интересно, видела ли она преступника? — Рон печально глядел на неподвижное лицо Гермионы. — Ведь если он нападал исподтишка, то никто никогда не узнает…
Но Гарри смотрел не на лицо, а на правую руку, не закрытую одеялом, пальцы были сжаты в кулак, из кулака что-то торчало. Гарри наклонился и увидел клочок бумаги.
Не сомневаясь, что мадам Помфри где-то рядом, он молча указал на него Рону.
— Постарайся вытащить, — шепнул Рон, передвинув свой стул, чтобы заслонить Гарри. И стал следить за дверью — вдруг кто войдет.
Дело оказалось довольно трудным. Пальцы Гермионы крепко держали бумагу, Гарри потянул кончик, боясь оторвать. Отпустил, потянул одну сторону, потом другую, опять отпустил, и, наконец, после долгих усилий высвободил бумажку из пальцев.
Это была заляпанная страница, вырванная, похоже, из какой-то очень потрепанной библиотечной книги. Гарри торопливо разгладил ее. Рон, сгорая от любопытства, тотчас навалился ему на плечо.
«…из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также еще именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несет путем диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, даден ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую. Особливобоятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…»
Под этими строками рукой Гермионы — Гарри сразу узнал ее почерк — выведено всего одно слово:
«Трубы».
И тут для друзей как будто во тьме вспыхнул свет!
— Рон, — выдохнул Гарри. — Вот оно! Ведь это ответ! Чудище Тайной комнаты — василиск, гигантская змея! Вот почему я единственный, кто слышит голос. Ведь я здесь один понимаю змеиный язык.
Гарри оглядел другие кровати.
— Василиск убивает людей взглядом. Но он пока никого не убил. Наверное, потому, что никто из них не смотрел ему прямо в глаза. Колин видел его через глазок фотокамеры, василиск сжег вставленную в нее пленку, но самого Колина убить не смог, только парализовал. Джастин… Джастин, скорее всего, смотрел на василиска сквозь Почти Безголового Ника! Вся сила взгляда василиска пришлась на Ника, но Ник-то второй раз умереть не мог! А рядом с Гермионой и старостой Когтеврана, помнишь, лежало зеркальце. Гермиона догадалась, что чудовище из Тайной комнаты — василиск. Спорим на что угодно — она сказала первому, кого встретила, давай на всякий случай заглянем за уголс помощью зеркала. Девушка достала зеркальце, а дальше — сам знаешь…
У Рона отвалилась челюсть.
— А Миссис Норрис? — нетерпеливо прошептал он.
Гарри задумался, пытаясь вызвать в воображении все, что происходило в ту памятную ночь Хэллоуина.
— Вода… — проговорил он медленно. — Помнишь, тогда затопило туалет Плаксы Миртл? Уверен, Миссис Норрис видела только отражение в воде…
Он еще раз подробно перечитал страничку, все глубже вникая в смысл.
— «…Страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…» А петухи-то Хагрида были все перебиты! Наверное, наследник Слизерина постарался: ведь василиска,скорее всего, он выпустил на свободу! И смотри, что дальше: «Особливо боятся Василиска пауки…» Ну все, все сходится!
Рон потеребил собственное ухо и опять спросил:
— Но как этот василиск передвигается по замку? Здоровенная змеюга… кто-то, наверняка, должен был его заметить…
Гарри указал на слово, второпях написанное Гермионой внизу страницы.
— Трубы, — сказал он, — трубы… Знаешь, Рон, василиск ползает по трубам, встроенным в стены замка. Теперь я понял: тот голос я слышал именно сквозь стену…
Рон схватил Гарри за руку.
— Вход в Тайную комнату! — от волнения у него сел голос. — Что, если он в туалете? А вдруг это…
— Туалет ПЛАКСЫ МИРТЛ! — закончил за него Гарри.
Друзья сидели, потрясенные, боясь поверить собственной догадке. Гарри нервно потер лоб:
— Значит, в школе кто-то еще говорит на змеином языке. Это, конечно, наследник Слизерина. Потому он и может повелевать василиском.
— Что же нам делать? — Глаза Рона горели. — Пойти прямо к Макгонагалл?
— Да, скорее в учительскую! — Гарри вскочил на ноги. — Она придет туда через десять минут. Сейчас будет звонок.
Друзья побежали вниз. Им не хотелось, чтобы кто-нибудь застал их в этом коридоре, да еще во время урока. Преодолев робость, они вошли в пустую учительскую. Это была большая комната, обшитая деревянными панелями, уставленная креслами черного дерева. Но друзья не стали садиться, слишком были взволнованны. Ходили по комнате, ожидая звонка. Однако звонок на перемену так и не прозвенел.
Вместо него эхом прокатился по замку магически усиленный голос профессора Макгонагалл:
— Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее.
Гарри обернулся к Рону:
— Неужели новое нападение?
— Что будем делать? Пойдем в спальню?
— Нет, — ответил Гарри, оглядываясь.
Слева от него стоял уродливый гардероб, полный учительских мантий.
— Давай спрячемся сюда. Послушаем, что произошло. А потом расскажем, что мы нашли.
Друзья укрылись среди мантий, слыша над головой, этажом выше, топот многих десятков ног. Скоро дверь учительской распахнулась, и в просветы между затхлыми мантиямиони увидели, как входят преподаватели. Одни были растеряны, другие — откровенно испуганы. Последней появилась профессор Макгонагалл.
— Это опять случилось, — сказала она в наступившей тишине. — Монстр напал на ученика. На сей раз утащил в Тайную комнату.
Профессор Флитвик вскрикнул. Профессор Стебль прижала руки ко рту. Снегг с силой сжал спинку кресла.
— Откуда такая уверенность? — спросил он.
— Наследник Слизерина, — Макгонагалл побледнела, — оставил еще одну надпись на стене, прямо под первой: «Ее скелет будет пребывать в Комнате вечно».
Профессор Флитвик залился слезами.
— Кто на этот раз? — воскликнула мадам Трюк. Ноги у нее подкосились, и она упала в кресло.
— Джинни Уизли.
Гарри почувствовал, как за его спиной Рон, не произнеся ни звука, сполз вниз.
— Завтра будем отправлять учеников домой, — горестно стиснула ладони Макгонагалл. — Хогвартс на грани закрытия. Дамблдор говорил…
Дверь учительской опять распахнулась с громким стуком. На краткий миг у Гарри мелькнула безумная надежда, что войдет Дамблдор. Но это был сияющий, как всегда, Локонс.
— Простите, что опоздал, просто сплю на ходу! Пропустил что-то важное?
По-видимому, он не замечал, что присутствующие смотрят на него не то с ненавистью, не то с отвращением.
— Вот тот, кто нам нужен! — выступил вперед Снегг. — Да, именно он. Послушайте, Локонс, монстр похитил девочку. Утащил ее в Тайную комнату. Коллега, наконец пробил ваш час.
Локонс побледнел.
— В самом деле, Златопуст, — вмешалась профессор Стебль. — Не вы ли вчера вечером объявили, что вам доподлинно известно, где вход в Тайную комнату?
— Я… Ну да… Я… — залепетал Локонс.
— Вы меня уверяли не далее как вчера, что знаете, кто там обитает, — всхлипнув, перебил его Флитвик.
— Я? Ув-уверял? Н-не припомню…
— А вот я абсолютно точно помню, как вы сетовали, что вам не удалось продемонстрировать всем нам свою волшебную силу: преступника, то есть Хагрида, успели арестовать, — продолжал Снегг. — Вы укоряли нас, что вам с самого начала не предоставили свободу действий — тогда бы никаких бед в школе не произошло.
На лицах коллег не было ни капли сочувствия.
— Я… Я, честное слово… Вы, видимо, превратно меня поняли…
— Словом, профессор Локонс, мы хотим загладить допущенную несправедливость. Поручаем вам сразиться с чудовищем, — заключила профессор Макгонагалл. — Сегодня вечером у вас наконец-то будут развязаны руки. И вы совершите подвиг — избавите Хогвартс от чудовища.
Локонс потерянно озирался. Увы! Ни одного сочувственного взгляда. И он разом утратил весь свой лоск, губы тряслись, белозубая улыбка исчезла, он выглядел слабым и ничтожным.
— О-очень хорошо, — промямлил он, запинаясь. — Ну я… пошел. Буду у себя в кабинете… подготовлюсь…
И Локонс поспешил покинуть учительскую.
— Прекрасно, — сказала профессор Макгонагалл, ее ноздри раздувались от гнева. — Локонс больше не будет путаться у нас под ногами, — и перешла к главному. — Поручаю деканам известить студентов о том, что случилось. Скажете им, что завтра утром экспресс увезет их домой. Всех остальных попрошу проследить, чтобы никто из учеников не покидал факультетских помещений.
Все преподаватели молча поднялись и разошлись один за другим.* * *
Вероятно, за всю жизнь у Гарри не было худшего дня. Он и Рон с близнецами сидели в углу гриффиндорской гостиной, не зная, о чем говорить. Перси не ...
